Перейти к содержанию

Муравейник

Материал из Викицитатника
Муравейник (Австрия)

Мураве́йник (муравьи́ное гнездо́) — название места обитания «семьи» муравьёв, которое, как правило, заметно своей надземной частью, представляющей собой холм или кучу из кусочков листьев, хвои, веточек и земли. На самом деле горка растительного мусора является только надземной частью муравьиного гнезда, которое состоит из многоэтажной системы ходов и камер. Подземная часть сооружения с ходами и камерами может уходить в землю на глубину до двух метров.

Размер муравейника у разных видов муравьёв может быть от жёлудя до двухметровых куполов. Муравейники бывают земляные, древесные (в пнях и стволах), из растительных остатков, из живых листьев. В крупных муравейниках (например, у рыжих лесных муравьёв) могут жить до пяти миллионов насекомых. Срок существования муравейника может быть от нескольких лет до веков. Как правило, муравейник сооружён из еловых иголок, листьев и мелких веток. Под вечер для сохранения тепла выходы проходов закупориваются смолой. Муравейники не обладают прочностью.

В качестве метафоры человеческими муравейниками (или человейниками) зачастую называют не слишком хорошо устроенные, густонаселённые дома, общежития, города, страны и даже всю планету.

Муравейник в афоризмах и коротких цитатах

[править]
  •  

...города, населённые людьми, показались мне более всего похожими на муравейники.

  Лукиан, «Икароменипп, или Заоблачный полёт», 161 г.
  •  

...с высоты
Мне виделась Москва, что муравейник...

  Александр Пушкин, «Борис Годунов», 1825
  •  

А между тем и тут та же упорная, глухая и уже застарелая борьба, борьба на смерть всеобщезападного личного начала с необходимостью хоть как-нибудь ужиться вместе, хоть как-нибудь составить общину и устроиться в одном муравейнике; хоть в муравейник обратиться, да только устроиться, не поедая друг друга — не то обращение в антропофаги!

  Фёдор Достоевский, «Зимние заметки о летних впечатлениях», 1863
  •  

...муравьи совершенно другого вкуса <чем люди>. У них есть одно удивительное здание в этом же роде, навеки нерушимое, — муравейник.

  Фёдор Достоевский, «Записки из подполья» 1864
  •  

Улицы Парижа с их беспорядочным, суетливым кишением напоминают растревоженный муравейник, на который наступили ногой.

  Эдмон Гонкур, «Дневник», 8 июня 1881
  •  

...нельзя <...> бранить жаворонка за то, что он не строит муравейника...

  Владимир Соловьёв, «Судьба Пушкина», 1897
  •  

...нужен геологический переворот, землетрясение, чтобы подземные воды могли вырваться наружу и затопить равнину, снести муравьиные кучи, опрокинуть старые лавочки мещанской Европы.

  Дмитрий Мережковский, «Грядущий хам», 1906
  •  

Муравей: «Не я воюю. Воюет муравейник».[1]

  Карел Чапек, 1918
  •  

В соломенной подстилке на полу кишело столько вшей, что она шевелилась: казалось, что это не вши, а муравьи, и тащат они материал для постройки своего муравейника.

  Ярослав Гашек, «Похождения бравого солдата Швейка», 1922
  •  

Он <муравейник> имел вид громадного холма, сложенного из сухих стволов и ветвей и состоящего из целого ряда этажей. На уровне земли были расположены главные входы, по одному с каждой стороны света, невысокие, но настолько широкие, что в них могли пройти четыре или пять муравьев рядом.[2]

  Владимир Обручев, «Плутония», 1924
  •  

...важные части муравейника ― склады личинок, куколок, яиц, запасы пищи, ― вероятно, находятся в глубине, может быть в камерах, вырытых в почве. Сернистый газ пойдет сначала в эти более глубокие части, а потом уже начнёт распространяться в верхние этажи.[2]

  Владимир Обручев, «Плутония», 1924
  •  

Разворошить муравейник несложно. Гораздо сложнее загнать муравьев обратно.

  Борис Шапиро
  •  

...свежие семена марьянника цветом, формой, размером и массой настолько напоминают муравьиные коконы, что муравьи впопыхах тащат их в свое жилище и бережно укладывают в «детские комнаты». Впоследствии вместе с коконами в ясные погожие дни семена вытаскивают на просушку и проветривание. Но многие из них уже потемнели, и муравьи, разобравшись в ошибке, выбрасывают семена близ муравейника, где они и прорастают.[3]

  Галина Денисова, «Удивительный мир растений», 1973
  •  

И засохнет, как кровь, посреди шевелящихся денег
так похожий на твердь и на чёрный пейзаж муравейник.[4]

  Иван Жданов, «Неон», 1980
  •  

...обычный человек всю жизнь работает, высунув язык от усталости, а потом умирает от стресса, успев только кое-как расплатиться за норку в бетонном муравейнике.[5]

  Виктор Пелевин, «Вампир в России больше чем вампир», 2006

Муравейник в публицистике и научно-популярной литературе

[править]
  •  

Я думаю, тебе не раз приходилось видеть муравьёв: одни толпятся кучами, другие выходят из муравейника или возвращаются в него; тот тащит в дом кусочек навоза, этот торопливо несёт подобранную где-то кожуру боба или половину пшеничного зерна. <…> Так вот, города, населённые людьми, показались мне более всего похожими на муравейники.

  Лукиан, «Икароменипп, или Заоблачный полёт», 161 г.
  •  

Опустимся ещё ниже: обезьяны увидят там стаи горилл и орангутангов, рыбы — пловцов, попугаи — искусных говорунов с золотыми клювами и зелёными перьями, муравьи — муравейники с их мелким населением. Подобную наклонность духа нашего мы обозначаем словом, по нашему мнению вполне определяющим её: антропоморфизм.

  Камиль Фламмарион, «Жители небесных миров (Фламмарион)/1/12», 1862
  •  

Жизнь и смерть для человека, имеющего дело непосредственно с природой, слиты почти воедино. Вот умерло срубленное дерево, оно вянет, гниет, но в то же самое мгновение пополняется новой жизнью. Под гниющей корой неведомо откуда явились и копошатся тысячи червей, муравьев; всё это суетится, лазает, точит, ест мертвеца, тащит в свой дом, строится, устраивает муравьиные кучи, растаскивает его по мельчайшим частям, как у бобыля шапку, полушубок, и, глядишь, нет дерева, а есть что-то другое, и не мёртвое, а живое…[6]

  Глеб Успенский, «Крестьянин и крестьянский труд», 1880
  •  

Мы можем преклоняться перед трудолюбием и искусством муравьёв или восхищаться красотою павлиньего хвоста, но нельзя на этом основании бранить жаворонка за то, что он не строит муравейника, и ещё менее позволительно с восторгом восклицать: какой великолепный павлиний хвост у этого жаворонка!

  Владимир Соловьёв, «Судьба Пушкина», 1897
  •  

Среди плоской равнины мещанства эти бездонные артезианские колодцы человеческого духа свидетельствуют о том, что под выжженной землею ещё хранятся живые воды. Но нужен геологический переворот, землетрясение, чтобы подземные воды могли вырваться наружу и затопить равнину, снести муравьиные кучи, опрокинуть старые лавочки мещанской Европы.

  Дмитрий Мережковский, «Грядущий хам», 1906
  •  

Белые продолговатые семена марьянника особенные: они точь-в-точь такие же, как муравьиные коконы, содержащие куколок и называемые в быту муравьиными яйцами. Если муравей увидел кокон, лежащий на свету, инстинкт заставляет его немедленно тащить своего будущего собрата во влажную темноту гнезда, где сложены в «пакеты» другие такие же коконы.
А свежие семена марьянника цветом, формой, размером и массой настолько напоминают муравьиные коконы, что муравьи впопыхах тащат их в свое жилище и бережно укладывают в «детские комнаты». Впоследствии вместе с коконами в ясные погожие дни семена вытаскивают на просушку и проветривание. Но многие из них уже потемнели, и муравьи, разобравшись в ошибке, выбрасывают семена близ муравейника, где они и прорастают.[3]

  Галина Денисова, «Удивительный мир растений», 1973
  •  

...обычный человек всю жизнь работает, высунув язык от усталости, а потом умирает от стресса, успев только кое-как расплатиться за норку в бетонном муравейнике. Единственное, что он может, — это запустить в то же колесо своих детей.[5]

  Виктор Пелевин, «Вампир в России больше чем вампир», 2006
  •  

Город – гигантский муравейник, в котором художник, преодолевая препятствия и опасности, борется с соблазнами и наперегонки со временем спешит навстречу своему успеху.[7]

  Валерий Корчагин, «Город как субъективность художника», 2020

Муравейник в мемуарах, письмах и дневниковой прозе

[править]
Муравейник в ельнике (Финляндия)
  •  

В переулках к морю народ кипит, но те, которые стоят, ― не генуэзцы, это матросы всех морей и океанов, шкиперы, капитаны. ― Звонок там, звонок тут ― Partenza! ― Partenza! ― и часть муравейника засуетилась ― одни нагружают, другие разгружают.[8]

  Александр Герцен, «Былое и думы» (часть восьмая, отрывки), март 1867
  •  

Значительно запоздав к обеду, мы возвращались уже на конках. Непременно наверху, на империале, ― так он любил. В сумерках Москва зажигалась огнями; с нашей вышки интересно было наблюдать кипучий город в эти часы особенного движения и торопливости обывателей. Кишел муравейник и тонул в темневшей глубине улиц, во мраке. Но я мысленно был далёк от этой обыденности, меня глодала совесть.[9]

  Илья Репин, «Далёкое близкое», 1917
  •  

В будетлянском муравейнике, хозяйственно организованном Давидом Бурлюком, всякая вещь имела определенное назначение. Красовавшаяся перед вратами в становище речетворцев навозная куча, на вершине которой, вдыхая запах псины, нежился автор «дыр-бул-щела», высилась неспроста. Это было первое испытание для всех, кого привлекали шум и гам, доносившиеся из нашего лагеря. Кто только не спотыкался об эту кучу, заграждавшую подступ к хлебниковским грезогам и лебедивам! Чуковский растянулся во весь свой рост, верхний нюх Бурлюка ещё раз оправдал себя на деле, а бедный Кручёных, кажется до сих пор не понявший роли, на которую его обрек хитроумный Давид, возгордился пуще прежнего.[10]

  Бенедикт Лившиц, «Полутораглазый стрелец», 1933
  •  

В <…> Средней Азии, где люди многие тысячелетия живут на одном месте и кладбища также лежат многими слоями, можно попасть в необычную ситуацию.
Так случилось со мной в Хивинской цитадели. <…> я с фотоаппаратом решил подобраться к крепостной стене изнутри, по жёлтому земляному откосу, чтобы оттуда сделать общий план ханского дворца, мечетей и сука, то есть крытого рынка.
И, только пройдя половину откоса, я сообразил, что карабкаюсь по древнему кладбищу, некогда устроенному внутри стен цитадели. Подобно покинутому обитателями муравейнику, этот обширный некрополь был усеян какими-то дырами, провалами, ловушками, из земли торчали черепа и, как мёртвый кустарник, кости.

  Кир Булычёв, «Как стать фантастом. Записки семидесятника» (глава 12), 1999

Муравейник в беллетристике и художественной прозе

[править]
  •  

Хозяин очень разгневался <...> и, схватив раба, доведшего жену до такого преступления, велел раздеть его, всего обмазать мёдом и крепко привязать к фиговому дереву. А в дупле этого дерева был муравейник, кишмя кишевший насекомыми, и муравьи тучами сновали туда и сюда. Как только они учуяли сладкий медовый запах, шедший от тела, то, глубоко впиваясь, хотя и мелкими, но бесчисленными и беспрерывными укусами, долго терзали, так что, съевши мясо и внутренности, начисто обглодали все кости, и к зловещему дереву оказался привязанным только сверкающий ослепительной белизной, лишённый всякой мякоти скелет.

  Апулей, «Метаморфозы или Золотой осёл», 160-е
  •  

Человек любит созидать и дороги прокладывать, это бесспорно. Но отчего же он до страсти любит тоже разрушение и хаос? Не потому ли, может быть, <…> что сам инстинктивно боится достигнуть цели и довершить созидаемое здание? Почём вы знаете, может быть, он здание-то любит только издали, а отнюдь не вблизи; может быть, он только любит созидать его, а не жить в нём, предоставляя его потом aux animaux domestiques, как-то муравьям, баранам и проч., и проч. Вот муравьи совершенно другого вкуса. У них есть одно удивительное здание в этом же роде, навеки нерушимое, — муравейник.

  Фёдор Достоевский, «Записки из подполья» 1864
  •  

Всё, чего ищет человек на земле, то есть: пред кем преклониться, кому вручить совесть и каким образом соединиться наконец всем в бесспорный общий и согласный муравейник.

  Фёдор Достоевский, «Братья Карамазовы», V. Великий инквизитор, 1880
  •  

Она осмотрелась, нет ли поблизости муравейника, свистнула, плохо подражая крику перепела, и улыбнулась. В ответ ей из кустов бобовника чирикнула какая-то птица; зеленая ящерица, гревшаяся на обнаженном корне старой ветлы, испуганно юркнула в трещину; тихий ветерок шевельнул листьями вётел, зашуршал низкорослыми кустами бобовника и тронул золотистые волосы девушки.[11]

  Алексей Будищев, «Хам», 1897
  •  

― Вот что я придумал, ― заявил Каштанов: ― нужно отравить или оглушить муравьев ядовитыми газами, чтобы они оставались в оцепенении в течение времени, необходимого нам для поисков наших вещей в муравейнике. Такими газами являются хлор, бром и сернистый газ. <...>
― Шестнадцать килограммов серы дают свыше одиннадцати тысяч литров сернистого газа, ― заметил Каштанов, ― а шестьдесят четыре ― почти сорок пять тысяч литров. Я думаю, что этого достаточно для муравейника.[2]

  Владимир Обручев, «Плутония», 1924
  •  

Они поднялись на поверхность пустыни и прошли на восток вдоль края обрыва, с которого можно было хорошо рассматривать муравейник. Он имел вид громадного холма, сложенного из сухих стволов и ветвей и состоящего из целого ряда этажей. На уровне земли были расположены главные входы, по одному с каждой стороны света, невысокие, но настолько широкие, что в них могли пройти четыре или пять муравьев рядом. В этих входах происходило непрерывное движение: одни муравьи выходили целыми колоннами, направляясь в разные стороны за добычей пищи, другие возвращались парами и порознь и тащили стволы деревьев, ветви, мертвых и живых насекомых, личинок, куколок, стебли тростника, с которыми скрывались в глубине своей крепости. В вышележащих этажах также чернели отверстия на различной высоте и в различных местах. Но они служили, очевидно, только для притока воздуха и, может быть, на случай нападения врагов ― для выхода защитников. Они были уже и ниже главных, так что по ним мог выходить один муравей за другим. Из этих отверстий время от времени также показывались муравьи, бегали по уступам муравейника, вероятно осматривая, всё ли в порядке.
― Не помешает ли это обилие отверстий нашему плану? ― спросил Макшеев. ― Если движение воздуха по муравейнику будет слишком свободно, сернистый газ начнет быстро выходить и не окажет должного действия.
― Сернистый газ тяжелее воздуха и только постепенно вытеснит последний, ― ответил Каштанов. ― Кроме того, важные части муравейника ― склады личинок, куколок, яиц, запасы пищи, ― вероятно, находятся в глубине, может быть в камерах, вырытых в почве. Сернистый газ пойдет сначала в эти более глубокие части, а потом уже начнет распространяться в верхние этажи. Впрочем, часть отверстий можно будет заткнуть, если мы увидим, что тяга слишком сильная.
― А не заложить ли горящую серу в верхние отверстия?
― Это может вызвать пожар всего муравейника. У нас ведь нет никаких несгораемых подстилок ― жаровен, сковород, что ли, и серу пришлось бы класть прямо на сухое дерево.[2]

  Владимир Обручев, «Плутония», 1924
  •  

В первые дни Февральской революции школа была похожа на муравьиную кучу, в которую бросили горящую головешку.

  Аркадий Гайдар, «Школа», 1930
  •  

Залез Муравей на березу. Долез до вершины, посмотрел вниз, а там, на земле, его родной муравейник чуть виден.
Муравьишка сел на листок и думает: «Отдохну немножко — и вниз».[12]

  Виталий Бианки, «Приключения муравьишки» или Как муравьишка домой спешил («Сказки-несказки»), июль 1935
  •  

И бушевал кровавый бой на дымящихся болотцах миоцена; какой-то муравейник оплакивал свою матку, а Краггаш кометой непроизвольно врезался в солнце Марвина и рассыпался мириадами воинственных спор.

  Роберт Шекли, «Обмен разумов», 1965
  •  

Мы были, теперь это известно, подобны муравьям, энергично копошащимся в муравейнике, над которым уже занесён сапог. Некоторые, как им казалось, улавливали его тень, но все, а стало быть и они, до последних минут с рвением и запалом продолжали суетиться вокруг тех же самых дел, стремясь обеспечить, смягчить, освоить будущее. Взрослые и дети, все мы были равны в благословенном неведении, без которого невозможно жить.

  Станислав Лем, «Высокий замок», 1966
  •  

Раньше Горбовский был в меньшинстве, а теперь семьдесят процентов Комиссии приняли его гипотезу. «Жук в муравейнике»… Ах, как это было бы прекрасно! Как хочется верить в это! Умные дяди из чисто научного любопытства сунули в муравейник жука и с огромным прилежанием регистрируют все нюансы муравьиной психологии, все тонкости их социальной организации. А муравьи-то перепуганы, а муравьи-то суетятся, переживают, жизнь готовы отдать за родимую кучу, и невдомек им, беднягам, что жук сползет в конце концов с муравейника и убредет своей дорогой, не причинив никому никакого вреда… Представляешь, Мак? Никакого вреда! Не суетитесь, муравьи!

  Аркадий и Борис Стругацкие, «Жук в муравейнике», 1979
  •  

Когда впервые увидел её ― в соседнем окне вдруг вспыхнул свет, ― от испуга я дернулся от окуляра и сбил все настройки. После чего долго не мог найти в муравейнике огней нужное многоточие и едва не смирился с тем, что узрел видение.[13]

  Александр Иличевский, «Ай-Петри», 2005
  •  

…странно <…> наблюдать тоскливую метаморфозу старого, давно облюбованного твоими глазами муравейника: под влиянием неведомых тебе явлений (рождение новой звезды или приближение конца света) его поверхность вскипает муравьями, колеблется и начинает осыпаться, оголяя то, что составляло милую покатость чёрного холмика…

  Владимира Сорокина, «Полярная звезда», 2008
  •  

...никакого света не существует, и наша вера в него лишь наивный самообман. И тогда все мы живём в темноте, точно забившие в нору животные или муравьи, укрывшиеся в глубине муравейника.
Причём живём не одни.

  Стивен Кинг, «Возрождение» 2014

Муравейник в стихах

[править]
Подземный муравейник (Рим)
  •  

Какой-то Муравей был силы непомерной,
Какой не слыхано ни в древни временна;
Он даже (говорит его историк верной)
Мог поднимать больших ячменных два зерна!
Притом и в храбрости за чудо почитался:
Где б ни завидел червяка,
Тотчас в него впивался
И даже хаживал один на паука. <…>
Так думает иной
Затейник,
Что он в подсолнечной гремит.
А он — дивит
Свой только муравейник.

  Иван Крылов, «Муравей», 1819
  •  

Мне снилося, что лестница крутая
Меня вела на башню; с высоты
Мне виделась Москва, что муравейник;
Внизу народ на площади кипел
И на меня указывал со смехом,
И стыдно мне и страшно становилось —
И, падая стремглав, я пробуждался…
И три раза мне снился тот же сон.
Не чудно ли?

  Александр Пушкин, «Борис Годунов», 1825
  •  

Чу! шорох ― я смотрю: вокруг гнилого пня,
Над муравейником, алеет земляника,
И ветки спелые манят к себе меня...[14]

  Аполлон Майков, «И город вот опять! Опять сияет бал...», 1856
  •  

Леса сосновые. Дорога палевая.
Сижу я в ельнике, костёр распаливая.
Сижу до вечера, дрова обтёсывая…
Шуршит зелёная листва березовая
Пчела сердитая над муравейниками,
Над мухоморами и над репейниками,
Жужжит и кружится, злом обессиленная.
Деревья хвойные. Дорога глиняная.[15]

  Игорь Северянин, «Лесной набросок» (Из цикла «Ананасы в шампанском»), 1911
  •  

Но нельзя подчиняться, чему ещё можно открыться.
На оттаявший голос поднимутся скорбные лица.
И засохнет, как кровь, посреди шевелящихся денег
так похожий на твердь и на чёрный пейзаж муравейник.[4]

  Иван Жданов, «Неон», 1980

Муравейник в кинематографе и массовой культуре

[править]
  •  

Раз уж солнцу вставать не лень,
И для нас, значит, ерунда.
Муравейник живёт,
Кто-то лапку сломал — не в счёт,
А до свадьбы заживёт,
А помрёт — так помрёт.

  Виктор Цой, «Муравейник», 1990
  •  

А что мне — жопу хвоёй присыпать и муравейником прикинуться?

  — из кинофильма «Агент национальной безопасности», 1999
  •  

Знаете, я недавно посетил опытную площадку предприятия «Роснанотехнологии»… там под Тверью создаётся огромный муравейник, в который будет погружаться огромная палочка.

  — «Большая разница» (вып. 18), 2010

Примечания

[править]
  1. Война / Большая книга афоризмов (изд. 9-е, исправленное) / составитель К. В. Душенко — М.: изд-во «Эксмо», 2008.
  2. 1 2 3 4 Обручев В.А. «Плутония. Земля Санникова». — М.: Машиностроение, 1982 г.
  3. 1 2 Денисова Г. А. Удивительный мир растений. Пособие для учащихся. — Москва: Просвещение, 1981 г. — 236 с.
  4. 1 2 И. Ф. Жданов. Место земли. Книга стихов. — М.: Молодая гвардия, 1991 г.
  5. 1 2 Писатель Виктор Пелевин: «Вампир в России больше чем вампир» // Известия, 3 ноября 2006 г.
  6. Успенский Г.И. Собрание сочинений в девяти томах. Том 5. — Москва, ГИХЛ, 1995 г.
  7. В. Корчагин, Город как субъективность художника. — СПб: Изд. Т. Маркова. 2020. — С. 3
  8. А. И. Герцен, «Былое и думы» (часть восьмая, отрывки). Вольная русская типография и журнал «Колокол», 1868 г.
  9. Илья Репин. «Далёкое близкое». Воспоминания. М.: Захаров, 2002 г.
  10. Б. К. Лившиц. «Полутороглазый стрелец». — Л.: Советский писатель, 1989 г.
  11. Алексей Будищев. «Степные волки. Двадцать рассказов». Санкт-Петербург: типо-лит. Б. М. Вольфа. 1897 г. — 321 с.
  12. Бианки В. В. Собрание сочинений: В 4-х т. Том 1: Рассказы и сказки. Вступ. ст. Гроденского Г.; Коммент. Бианки Е.; Рис. Чарушина Е. — Л.: Детская литература, 1972 г. — 399 с.
  13. Александр Иличевский, Ай-Петри. — Москва, журнал «Октябрь», №8, 2006 г.
  14. Майков А. Н. Избранные произведения. Библиотека поэта. Большая серия. Второе издание. Ленинград, «Советский писатель», 1977 г.
  15. Игорь Северянин, «Громокипящий кубок. Ананасы в шампанском. Соловей. Классические розы». — М.: «Наука», 2004 г. — стр.53.

См. также

[править]