Азалия

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску

Аза́лия (лат. Azalea) — собирательное (ныне — тривиальное) имя для некоторых красивоцветущих кустарников из рода Рододендрон (лат. Rhododendron) семейства Вересковых (лат. Ericaceae). Раньше азалии были выделены в самостоятельный род, но сейчас (вместе с несколькими видами лесных багульников) включены в большой род рододендрон.

Однако садоводы продолжают отличать азалии от прочих рододендронов, и проще всего это сделать — по числу тычинок.[комм. 1] Кроме того, за века культивирования азалий выведены сотни декоративных сортов, которые имеют свои (уже чисто сортовые) названия и имена гибридов и культиваров, в большинстве случаев полностью утерявшие связь с родом рододендрон.[комм. 2] Таким образом, азалия со временем превратилась из дикорастущего растения — в имя обильноцветущего и прихотливого садового кустарника.

Азалия в прозе[править]

  •  

Мила и Нолли сели, обнявшись, на камень, а Лебедь начал свой рассказ под тихий, мирный плеск морской волны. «Моя родина здесь, на Голубых островах. Говорят, что я вышел из белой водяной лилии, другие рассказывают, что в меня превратился белый цветок махровой азалии, но это всё равно»...[1]

  Николай Вагнер, «Сказки Кота-Мурлыки», 1872
  •  

— Мы тоже любим холод, — прибавили от себя Розы.
То же сказали Азалии и Камелии. Все они любили холод, когда набирали цвет.
— Вот что, господа, будемте рассказывать о своей родине, — предложил белый Нарцисс. — Это очень интересно… Алёнушка нас послушает. Ведь она и нас любит…
Тут заговорили все разом. Розы со слезами вспоминали благословенные долины Шираза, ГиацинтыПалестину, Азалии — Америку, ЛилииЕгипет[2]

  Дмитрий Мамин-Сибиряк, «Пора спать» (из цикла «Алёнушкины сказки»), 1880-е
  •  

Другие цветы, лишённые аромата, отличались зато пышною красотою, как, например, холодные красавицы камелии, разноцветные азалии, китайские лилии, голландские тюльпаны, огромные яркие георгины и тяжёлые астры.

  Александр Куприн, «Столетник», 1895
  •  

Для северянина или жителя Средней России Кавказ всегда имел и будет иметь особенную прелесть чего-то грандиозного, неожиданного, поражающего. Горячее пламенное солнце, бурные стремительные реки, раздвигающие скалы с каким-то злым ропотом, молчаливые заросшие лесом утёсы, на вершинах которых гнездятся орлы да люди, голубое прозрачное небо, громадные дубовые леса, заросшие азалиями, в пахучих ветвях которых гнездятся бесчисленные неутомимые соловьи,[комм. 3] какой-то странный синий оттенок гор ― всё это будит фантазию, навевает думы и образы…[3]

  Евгений Соловьёв-Андреевич, «Л.Н.Толстой. Его жизнь и литературная деятельность», 1895
  •  

Он стоял на высоком берегу. Сквозь гибкие ветви азалий и олеандров, отягчённых белыми и розовыми цветами, сверкало голубое озеро. Над его головой сплетались апельсинные и лимонные деревья, благоухали их цветы — ароматные жемчужины венчальной короны.[4]

  Екатерина Краснова, «Сон наяву», 1897
  •  

― Вот где будет спать госпожа, ― не без гордости произнесла она и нежно провела рукой по мягкому, нежному ворсу роскошного одеяла. ― Это всё устраивала сама княжна, ― добавила она таинственно, ― и цветов принесла она же, гляди! Я увидела громадный букет белых азалий, перемешанных с пурпуровыми розами, стоявший на туалете. На всем убранстве комнаты видна была заботливая рука, не забывшая ни одной мелочи, ни одной подробности для приема гостьи.[5]

  Лидия Чарская, «Записки институтки», 1901
  •  

Настоящим земным раем показался нам уголок, где поселилась Бэлла. Поместье Израила и его отца лежало в чудесной лесистой долине, между двумя высокими склонами гор, образующими ущелье. Весь сад около дома был полон душистых и нежных азалий; кругом тянулись пастбища, где без призора паслись стада овец.[6]

  Лидия Чарская, «Княжна Джаваха», 1903
  •  

Япония представляет из себя как бы роскошный парк, местами дикий, с непроходимыми чащами, с потоками, ключами, утёсами гор самого разнообразного вида и с красивыми долинами, покрытыми как ковром цветами азалий и рододендронов.[7]

  Надежда Лухманова, «Японцы и их страна», 1901
  •  

Во всяком доме, во всяком, даже самом плохоньком, третьеразрядном ресторане вы увидите на столах и на окнах цветы в горшках, корзинах и вазах. В маленьком Гельсингфорсе больше цветочных магазинов, чем в Петербурге. А по воскресеньям утром на большой площади у взморья происходит большой торг цветами, привозимыми из окрестностей. Дешевизна их поразительна: три марки стоит большущий куст цветущей азалии. За полторы марки (пятьдесят копеек с небольшим) вы можете приобрести небольшую корзину с ландышами, гиацинтами, нарциссами. И это в исходе зимы.[8]

  Александр Куприн, «Немножко Финляндии», 1908
  •  

Портреты доктора с женой и их ребятишек менее удачны, но они сами в восторге… Головка Жени с распущенными волосами, выглядывающая из букета азалий, так очаровательна, но она её не получит в подарок ― это будет украшением моей мастерской в Петербурге.[9]

  Евдокия Нагродская, «Гнев Диониса», 1910
  •  

Колхида, ― слышался голос профессора, ― конечно, это Колхида древних и так понятно, почему греки устроили здесь свои виллы для отдыха. Увидите, Марья Львовна, ― волшебный край. Там всегда что-либо цветёт… Теперь? Теперь мимоза. Азалия начинает цвести.[10]

  Пётр Краснов, «От двуглавого орла к красному знамени» (Книга 1), 1922
  •  

Свернулась я сейчас калачиком и, как истая женщина Востока, созерцаю. Слежу за глупым, повторяющимся узором печки, нелепо подражаю чайнику ― одну руку в бок, другую выгибаю, как носик, ― и радуюсь, что так похоже, щурю глаза на отчего-то дрожащий куст белой азалии. Ни о чём не мечтаю, не думаю. Милый, я тебя не обижаю, пожалуйста, не думай, что я тебя обижаю. Я чувствую, что начинаю казаться тебе самоуверенной; нет, я знаю, что я никуда не гожусь, не сто́ит на этом настаивать.[11]

  Виктор Шкловский, «Zoo. Письма не о любви, или Третья Элоиза», 1923
  •  

При этом лорд Орпингтон сделал энергичный жест в сторону севера, что дало повод газетам республики на следующее утро заговорить о военных перспективах в форс-мажорном тоне. Неясно улыбающаяся Лола пришпилила генералу бутоньерку из листьев буксуса и махровых азалий, составлявшую своими тонами национальные цвета; лорд Орпингтон предложил ей руку, и они тронулись к ожидавшим автомобилям под прибой приветствий, осыпаемые цветами и любезными пожеланиями.[12]

  Борис Лавренёв, «Крушение республики Итль», 1925
  •  

Снаружи такой же, как и большинство царскосельских особняков. Два этажа, обсыпающаяся штукатурка, дикий виноград на стене. Но внутри ― тепло, просторно, удобно. Старый паркет поскрипывает, в стеклянной столовой розовеют большие кусты азалий, печи жарко натоплены. Библиотека в широких диванах, книжные полки до потолка…[13]

  Георгий Ива́нов, «Петербургские зимы», 1928
  •  

Четыре дня спустя, в день моего рождения, с корзиной белых азалий позвонился я в Полуектовом. Снова открыла мать. Вид у неё был осунувшийся. ― Лёля заболела скарлатиной, ― пронизало меня её сообщение.[14]

  Кузьма Петров-Водкин, «Моя повесть» (Часть 1. Хлыновск), 1930
  •  

А налево ― красный камень в траве. Смотри выше. Видишь жёлтый венчик? Это азалия. Чуть правее азалии, на поваленном буке, около самого корня. Вон, видишь, такой мохнатый рыжий корень в сухой земле и каких-то крошечных синих цветах? Так вот рядом с ним. Я увидел ящерицу. Но пока я её нашёл, я проделал чудесное путешествие по орешнику, красному камню, цветку азалии и поваленному буку. «Так вот он какой, Кавказ!» ― подумал я. ― Тут рай![15]

  Константин Паустовский, «Книга о жизни. Далёкие годы», 1946
  •  

Арестанты называли эти тележки «бурятская беда», но на них не жаловались, а только смеялись. В конце концов, это было гораздо приятнее, чем сидеть взаперти в душной тюрьме. На каждой такой «беде» сидело по два-три человека, через одну-две тележки сидел конвойный солдат с ружьём. В это время года «Бурятская степь» ещё не выжжена солнцем ― волнами ходила под ветром зелёная трава, в которой было множество цветов ― главным образом багульник, дикая азалия и жёлтые лилии! Воздух был упоительный. Наше путешествие походило на увеселительную прогулку. Она продолжалась по степи одну неделю.[16]

  Владимир Зензинов, «Пережитое», 1953
  •  

― Это точно, ― согласился дядя Сандро, и тут затрещали кусты азалий, и весёлый головорез Теймыр появился с милой невестой Аслана, обреченно повисшей у него на плечах, ― но я тебе, Аслан, должен сказать что-то печальное[17]

  Фазиль Искандер, «Сандро из Чегема», 1989
  •  

Софичка от волнения и бесконечности ожидания вечера не знала, чем занять себя. Она вымыла полы во всем доме и вымылась сама. Вдруг ей пришло в голову, что кто-то мог залезть в кусты азалий, обнаружить её чемодан и унести его. В ужасе Софичка выскочила из дому, перебежала верхнечегемскую дорогу и, снова продираясь в зарослях, поднялась к тому месту, где стоял чемодан. Чемодан стоял на месте, но ветки ореха, наброшенные на кусты азалий, приувяли и теперь выглядели подозрительно. Она скинула ветки ореха с зарослей азалий и ещё глубже в кусты упрятала чемодан.[18]

  Фазиль Искандер, «Софичка», 1997

Азалия в поэзии[править]

Белые азалии
  •  

Я лежал в аромате азалий,[комм. 4]
Я дремал в музыкальной тиши,
И скользнуло дыханье печали,
Дуновенье прекрасной души.[19]

  Валерий Брюсов, «В будущем», 1895
  •  

В страстном хоре вакханалий
Вьются быстрые стрекозы
Возле шёлковых азалий
И душистой туберозы...

  Владимир Голиков, «В страстном хоре вакханалий...», 1900
  •  

Ровно в полночь гонг унылый
Свёл их тени в чёрной зале,
Где белел Эрот бескрылый
Меж искусственных азалий.[20]

  Иннокентий Анненский, «Там», 1904
  •  

В венке из тронутых, из вянущих азалий
Собралась петь она… Не смолк и первый стих,
Как маленьких детей у ней перевязали,
Сломали руки им и ослепили их.[21]

  Иннокентий Анненский, «Моя тоска» (из книги «Кипарисовый ларец»), 1900-е
  •  

И бледный, с букетом азалий,
Их смехом встречает Пьеро:
«Мой принц! О, не вы ли сломали
На шляпе маркизы перо?»

  Анна Ахматова, «Маскарад в парке» (из сборника «Вечер»), 1910
  •  

Я хотел тишины и печали,
Я мечтал вас согреть тишиной,
Но в душе моей чаши азалий
Вдруг закрылись, и сами собой.

  Николай Гумилёв, «В Вашей спальне», 1911
  •  

Гостиная. Кудрявый купидон
Румянится, как розовая астра.
Азалии горят закатом страстно,
А я мечтой творю весенний сон. [22]

  Георгий Иванов, «Сонет-акростих», 1911
  •  

Янтарно-гитарныя пчёлы
Напевно доили азалии,
Огимнив душисто-весёлый
Свой труд в изумрудной Вассалии.[23]

  Игорь Северянин, «Промельк» («Незабудки на канавках»), 1912
  •  

На азалии смотрел я, как на райские кусты,
А лиловый рододендрон был пределом красоты. [24]

  Саша Чёрный, «В оранжерее»,[комм. 5] 1912
  •  

Слезая я ― с азалии,
В слезах ли я, слезая ли?
Сказали вы, связали ли?..
Не слезу я с азалии,
А слезу ― не с азалии.

  Михаил Савояров, «Аз-алия» (о-задачка), 1919
  •  

Где-то
На горах азалии цветут.
Тёмный друг принёс мне их дыханье.
Зыбкое сиянье
Солнечного света
Ветки, золотея, льют.
Стены узкой жизни не теснят, не жмут,
Разошлись, как в небе тучи. Это
Потому, что где-то
На горах азалии цветут.[25]

  Вера Меркурьева, «Где-то...», 1922
  •  

С каждым летом камни хрупче тут,
Но пышней азалии цветут.[26]

  Дмитрий Кленовский, «Поединок», 1947

Комментарии[править]

  1. Цветы азалий в подавляющем числе случаев имеют по пять тычинок, в то время как у рододендронов — их десять или более (и только в двух известных случаях от 7 до 10).
  2. Садовые сорта и гибриды азалий делятся на две основные группы: листопадные и вечнозелёные. Вторая группа особенно популярна в зимних садах и у любителей обильноцветущих комнатных растений.
  3. Интересная подробность: то и дело приходится читать о «пахучих ветвях», аромате и «благоухании цветов» азалии, однако, цветы (и, тем более, ветви) этих растений если и обладают запахом, то очень слабым, незначительным (исключение — багульник, разумеется) — и уж никак не могут быть отнесены к «благоуханным». По всей видимости, авторы забывают об отсутствии запаха, но помнят пышное цветение и поневоле связывают его с тропическими «ароматами буйных красок».
  4. Особенно любили «азалии» поэты Серебряного века. Мелодичное, красивое, экзотическое и «куртуазное», это слово напоминало «камелии» и прекрасно рифмовалось.
  5. Побывавший только что в оранжерее Саша Чёрный аккуратно отделяет азалии от рододендронов (видимо, со слов садовников). В 1912 году, на момент написания стихотворения «В оранжерее» это были разные растения, относящиеся к разным ботаническим родам и на них висели таблички с разными названиями.

Источники[править]

  1. Н.П.Вагнер, «Сказки Кота-Мурлыки». — М.: Правда, 1991 г.
  2. Мамин-Сибиряк Д.Н. в кн. «Сказки русских писателей XVIII—XIX вв.» — М.: Престиж Бук: Литература, 2010 г.
  3. Е.А.Соловьёв-Андреевич «Л.Н.Толстой, его жизнь и литературная деятельность». — СПб: Типография т-ва Общественная польза", 1897 г.
  4. Краснова Е. А., Раcсказы. — СПб: Типография бр. Пателеевых, 1896 г. — стр.167
  5. Лидия Чарская, «Записки институтки». — М.: Пресса, 1994 г.
  6. Лидия Чарская, «Княжна Джаваха». - М.: Захаров, 2002 г.
  7. Лухманова Н. А., «Японцы и их страна». — СПб.: Постоянная комиссия народных чтений, 1904 г.
  8. А.И. Куприн, Собрание сочинений: в 9 томах. Том 9. — М.: «Художественная литература», 1973 г.
  9. Евдокия Нагродская, «Гнев Диониса». — М.: Изд. группа «Прогресс» — «Литера», 1994 г.
  10. Краснов П.Н. «От двуглавого орла к красному знамени»: В двух книгах. Книга 1. Москва, «Айрис-пресс», 2005 г.
  11. В.Б. Шкловский, «Ещё ничего не кончилось». — Москва: изд. Вагриус, 2003 г.
  12. Борис Лавренёв, , «Крушение республики Итль». — М.: «Правда», 1990 г.
  13. Иванов Г. Мемуарная проза. — М.: «Захаров», 2001 г. (по изд.: Георгий Иванов. Петербургские зимы. Париж: Книжное дело «La Source» 1928 г).
  14. Петров-Водкин К.С., «Хлыновск. Пространство Эвклида. Самаркандия». — М: «Искусство», 1970 г.
  15. Паустовский К. Г. «Далёкие годы». М.: «АСТ; Астрель», 2007 г.
  16. В.М.Зензинов, «Пережитое». Издательство имени Чехова. — Нью-Йорк, 1954 г. (текст)]
  17. Ф.А. Искандер. «Сандро из Чегема». Кн. 2. — М.: «Московский рабочий», 1989 г.
  18. Ф.А. Искандер. «Ласточкино гнездо». Проза. Поэзия. Публицистика. — М.: «Фортуна Лимитед», 1999 г.
  19. В. Брюсов. Стихотворения и поэмы. (Библиотека поэта). — Л.: Советский писатель, 1961 г., стр.85
  20. Анненский И.Ф.. Избранные произведения. Ленинград, «Художественная литература», 1988 г. — стр.43
  21. Анненский И.Ф.. Стихотворения и трагедии. Библиотека поэта. — Л.: Советский писатель, 1990 г.
  22. Г. Иванов. Стихотворения. Новая библиотека поэта. — СПб.: Академический проект, 2005 г.
  23. Игорь Северянин, «Громокипящий кубок. Ананасы в шампанском. Соловей. Классические розы.». — М.: «Наука», 2004 г. — стр. 54.
  24. Саша Чёрный, собрание сочинений в пяти томах, — Москва: «Эллис-Лак», 2007 г.
  25. Меркурьева В.А.. Тщета. — Москва, «Водолей Publishers», 2007 г.
  26. Д. Кленовский. Полное собрание стихотворений. — М.: Водолей, 2011 г.

См. также[править]