Хождение Джоэниса

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску

«Хождение Джоэниса» («Путешествие в послезавтра») (The Journey of Joenes; Journey Beyond Tomorrow) — сатирический фантастический роман Роберта Шекли 1962 года.

Цитаты[править]

  •  

Окрестные вожди устроили пир в честь Джоэниса, где подавались островные деликатесы — консервированная говядина и консервированные ананасы.

  •  

Джоэнис и девочки были в отрубе, но я всегда сохраняю ясную голову на случай опасности, что бы ни клубилось в легких и ни струилось в венах Я хотел спустить оставшуюся травку в туалет, но Диедри, вконец рехнувшаяся от этого зелья, потребовала спрятать зернышки в самом интимном месте её тела, где, по её словам, они будут в полной безопасности.

  •  

— Я настаиваю на своих конституционных правах, а именно на Первой и Пятой поправках, — сказал Джоэнис, — и, со всем уважением к вам, отказываюсь отвечать.
Пелопс зловеще улыбнулся:
— Этот номер у вас не пройдёт, мистер Джоэнис, поскольку Конституция, за которую вы сейчас так цепляетесь, была пересмотрена или, точнее, обновлена теми из нас, кто дорожит её неизменностью и оберегает её от выхолащивания.

  •  

Как ни обидно, нам приходится следовать букве закона. Поэтому мы передаем секретного агента Джоэниса в ведомство Генерального Прокурора, с тем чтобы он предстал перед справедливым судом и понес наказание, которое соответствующие органы правительства сочтут нужным наложить на изменника, заслуживающего только смерти.

  •  

Когда-то Афины были одним из городов Древней Греции, откуда возникла американская цивилизация. Рядом с Афинами находилась Спарта — милитаристское государство, главенствующее над городами Македонии в верхней части штата Нью-Йорк.

  •  

Педантичные судьи Звёздной Палаты, бесконечно преданные идее искоренения зла в любом его проявлении, никогда за всю свою историю не выносили другого решения, кроме решения о виновности.

  •  

С первыми лучами солнца в Нью-Йорке возобновилось бурление толпы. Люди толкали друг друга, в судорожной спешке стараясь куда-то попасть и что-то сделать. Джоэнис решил узнать причину всего этого и остановил одного прохожего.
— Сэр, — обратился к нему Джоэнис, — не могли бы вы уделить минуту вашего ценного времени и рассказать страннику о великой и целенаправленной деятельности, которую я наблюдаю вокруг?
— Ты что, псих? — буркнул прохожий и заторопился прочь.
Но следующий, кого остановил Джоэнис, тщательно обдумал свой ответ и произнёс:
— Вы называете это деятельностью?
— Так мне кажется, — ответил Джоэнис, глядя на бурлящую толпу. — Между прочим, меня зовут Джоэнис.
— А меня — Чевоиз.
— Чевоис?
— Нет, Чевоиз: как в «Чево изволите?». В ответ на ваш вопрос я скажу вам, что то, что вы видите, — не деятельность. Это паника.
— Но чем вызвана такая паника? — поинтересовался Джоэнис.
— В двух словах объяснить это можно так: люди боятся, что если они прекратят суетиться, то кто-нибудь предположит, что они мертвы. Это очень скверно, если вас сочтут мёртвым, потому что тогда вас могут выкинуть с работы, закрыть ваш текущий счет, повысить квартплату и отнести в могилу, как бы вы ни отбрыкивались.
Джоэнису ответ показался не правдоподобным, и он сказал:
— Мистер Чевоиз, эти люди не похожи на мёртвых. Ведь на самом деле, без преувеличений, они не мертвы, правда?
— Я никогда не говорю без преувеличений, — сообщил ему Чевоиз. — Но так как вы приезжий, я постараюсь объяснить проще. Начнем с того, что смерть есть понятие относительное. Некогда определение ее было примитивным: ты мёртв, если не двигаешься в течение длительного времени. Но современные ученые внимательно изучили это устаревшее понятие и добились больших успехов. Они обнаружили, что можно быть мёртвым во всех важных отношениях, но всё же передвигаться и разговаривать.[1]
— Что же это за «важные отношения»? — спросил Джоэнис.
— Во-первых, — сказал Чевоиз, — ходячие мертвецы характеризуются почти полным отсутствием чувств. Они могут испытывать лишь страх и злобу, хотя иногда симулируют другие эмоции, подобно тому как шимпанзе неумело притворяется читающим книгу. Далее. Во всех их действиях сквозит какая-то роботообразность, которая сопутствует прекращению высших мыслительных процессов. Часто наблюдается рефлексивная склонность к набожности, что напоминает спазматическое дёрганье цыплёнка, которому только что отрубили голову. Из-за этого рефлекса многие ходячие мертвецы бродят вокруг церквей, а некоторые даже пытаются молиться[2]. Других можно встретить на скамейках, в парках или возле выхода метро...
— А-а, — перебил Джоэнис, — гуляя вчера поздно вечером по городу, я видел таких людей.
— Совершенно верно, — подтвердил Чевоиз. — Это те, кто уже не притворяются живыми. Но остальные копируют живых с умилительным старанием, в надежде остаться незамеченными. Но они частенько перебарщивают, и их легко определить либо по слишком оживленному разговору, либо по чересчур громкому смеху...

 

от «Джоэнису ответ показался...» и ответ Чевоиза: Joenes found this reply scarcely credible. He said, 'Mr Watts, these people do not look dead. And in actual fact, all exaggeration aside, they are not dead, are they?'
i never put exaggeration aside,' Watts told him. 'But since you're a stranger, I'll try to explain a little more. To begin with, death is merely a matter of definition. Once the definition was very simple: you were dead when you stopped moving for a long time. But now the scientists have examined this antiquated notion more carefully and have done considerable research on the entire subject. They have found that you can be dead in all important respects, but still go on walking and talking.'

  •  

Я трижды чуть не поймал его. Приказываю ему остановиться именем закона, точно по инструкции, а когда он не повинуется, стреляю. Пока я убил восьмерых прохожих. Если и дальше так будет продолжаться, сержанта мне не видать. Кроме того, за патроны заставляют платить из собственного кармана.

  — полицейский
  •  

...я вырос в неблагополучном районе и юнцом был в банде. Мы все имели энерганы и гравиножи и развлекались убийствами, грабежами и изнасилованиями. Разве похоже, что у нас не было чувств? Так бы я, наверно, и пошел по дурной дорожке, не повстречайся мне тот священник. Он не хвалился, не задавался, он был словно один из нас, потому что знал, что только так его слова смогут достичь наших дикарских душ. Вместе с нами он совершал налёты, и я не раз видел, как он потрошит кого-то своим маленьким ножиком, с которым никогда не расставался. Так свой в доску священник растолковал мне, что я впустую гроблю свою жизнь.
<…>
Мы с ним вернули обществу четырнадцать закоренелых преступников. Многие из них стали уважаемыми бизнесменами, а шестеро служат в полиции. Всякий раз, когда я вижу этого человека, я чувствую святость.

  — полицейский
  •  

Наконец я понял, что моя честность была не чем иным, как глупостью, поскольку основывалась на невежестве и не правильном представлении о жизни. Честности вообще не может быть, так как она не предусматривается никаким законом. Закон просто-напросто не сработал, потому что все человеческие представления о справедливости оказались ложными. Следовательно, справедливости не существует — как не существует никаких её производных, в том числе и честности.

  — честный водитель грузовика
  •  

… надпись над дверью гласила
ДОМ «ХОЛЛИС» ДЛЯ НЕВМЕНЯЕМЫХ ПРЕСТУПНИКОВ
Пока Джоэнис размышлял над тем, что бы это значило, к нему подскочил человек, делавший ему знаки, и схватил за обе руки. Джоэнис уже приготовился защищать свою жизнь, но тут увидел, что человек этот — не кто иной, как Лам, его друг из Сан-Франциско.
— Джонсик! — восторженно заорал Лам. — <…> Я вижу, что ты все-таки пришел сюда.
— Куда сюда? — спросил Джоэнис.
— В Уютноград, — ответил Лам. — Входи. Джоэнис вошел в «Дом „Холлис“ для Невменяемых Преступников». В гостиной Лам представил его группе людей. Джоэнис смотрел и слушал очень внимательно, но не мог обнаружить в них ничего ненормального и поделился своими наблюдениями с Ламом.
— Разумеется, в них нет ничего ненормального! — возмутился Лам. — Вывеска — всего-навсего официальное название. Мы, обитатели, предпочитаем называть свой дом «Поселение „Холлис“ для писателей и художников».
— Так, значит, это не лечебница для душевнобольных?
— Нет, это лечебница, но только формально.
— А сумасшедшие здесь есть? — спросил Джоэнис.
— Послушай, старина, — сказал Лам, — сюда мечтают попасть люди искусства со всего Восточного побережья. Конечно, у нас найдется парочка психов — надо же чем-то занять докторов. Да к тому же мы потеряем правительственную дотацию и освобождение от налогов, если у нас не будет ни одного чокнутого Джоэнис быстро огляделся, поскольку никогда в жизни не видел сумасшедшего. Но Лам покачал головой и сказал:
— Тут их не ищи. Сумасшедших, как правило, приковывают цепями в подвале.

  •  

Студенты быстро усваивали материал, писали контрольные и с лёгким сердцем забывали пройденное. Как и прочие молодые, здоровые организмы, они быстро освобождались от всего вредного, раздражающего или просто надоедливого. Разумеется, они освобождались и от всего полезного, стимулирующего мысль или дающего пищу для размышлений. Об этом, возможно, стоило бы пожалеть, но такова уж неизбежная сторона процесса образования, с которой должен свыкнуться всякий преподаватель.

  •  

За университетом протекала река Ньюарк, её серо-бурые воды отливали оранжевыми сбросами с плутониевого завода, расположенного выше по течению. Неподалёку громоздились фабрики промышленного Ньюарка, а прямо перед университетом проходило скоростное восьмиполосное шоссе. Всё это, сказал декан Глупс, привносит дыхание реальности в уединённую академическую атмосферу.

  •  

Именно университетские консерваторы едва не добились успеха, выдвинув Джона Смита на пост президента Соединенных Штатов во время последних выборов. То обстоятельство, что Смит был мёртв вот уже двадцать лет, ничуть не охлаждало их пыла; напротив, многие считали это важнейшим достоинством кандидата.

  •  

А теперь, Джоэнис, вы должны пройти полную проверку на благонадежность, затем инструктаж, после чего получите последние распоряжения.
Сказав всё это, Мадж отвел Джоэниса в Службу Безопасности, где полковник, руководитель группы френологии, ощупал его голову на предмет подозрительных шишек. Затем Джоэнис прошел сквозь строй государственных астрологов, гадателей на картах, гадателей на спитом чае, физиогномистов, психологов, казуистов и компьютеров.

  •  

Человеческая раса в значительной степени состоит из лживых, ни на что не способных дураков. Я могу управлять ими, но будь я проклят, если понимаю их.

  — Эдвин Дж. Минотавр, тиран
  •  

— Вы должны простить его взрывы, мистер Джоэнис. Он ведущий теоретик партии, отсюда — тенденция к самопроизвольной речи. — Джоэнис в Москве

  •  

— Мои части — Первая, Восьмая, Пятнадцатая и Двадцать пятая армии — проводили полевые учения под Йингдравом, возле границы с Китайской Народной республикой. Во время этих учений мы были предательски атакованы бандой китайских ренегатов, купленных на западное золото и каким-то образом ускользнувших от пекинских властей.
— Я в то время осуществлял политический контроль, — сказал Орусий, — и могу подтвердить слова маршала. Эти бандиты подобрались к нам под видом китайских Четвёртой, Двенадцатой, Тринадцатой и Тридцать второй народных армий. Естественно, мы информировали Пекин, а затем предприняли необходимые шаги, чтобы отогнать ренегатов за границу.
— Они, разумеется, утверждали, что это они отгоняют нас за границу, — иронично улыбаясь, добавил маршал Тригаск. — Именно таких заявлений мы и ожидали от бунтовщиков. Началось сражение. Тем временем прибыло послание из Пекина. К сожалению, мы не смогли его перевести и отправили в Москву. А пока мы сражались, не покладая оружия.
— Пришел перевод, — продолжал Орусий. — Послание гласило: «Правительство Китайской Народной Республики с негодованием отметает все подозрения в экспансионизме, особенно по отношению к богатым пустующим землям, примыкающим к границам перенаселенного Китая. Никаких бунтовщиков на территории КНР нет, поскольку в истинно социалистическом государстве их не может быть. Поэтому прекратите свои провокации на наших миролюбивых границах».
— Можете представить себе нашу растерянность, — подхватил маршал Тригаск. — Китайцы настаивают, что никаких бунтовщиков нет, а мы сражаемся по меньшей мере с миллионом солдат, и все — в краденой форме китайской народной армии! — Джоэнис в Москве

  •  

Печально рассказывать о том, что было дальше... Когда Джоэнис пролетал над Калифорнией, автоматическая радарная станция приняла его самолёт за вторгшийся самолёт противника и открыла огонь, выпустив по нему серию ракет класса «воздух — воздух». Этим трагическим инцидентом и открылась начальная стадия великой войны.
История войн изобилует ошибками подобного рода. И в Америке двадцать первого века, когда доверие и привязанность людей к машинам стали поистине безграничными, такая ошибка должна была привести к самым страшным последствиям.
Объятый ужасом, Джоэнис зачарованно следил, как ракеты на полной скорости неслись к его самолёту. Затем он ощутил, что самолёт резко лёг на крыло, — это автопилот, обнаружив опасность, дал залп своими антиракетами в целях самозащиты.
Этот удар вызвал ответную атаку со стороны ракетных станций наземного базирования. Некоторые из этих станций были автоматическими, другие — нет, но все мгновенно отозвались на сигнал «чрезвычайной обстановки». А тем временем самолёт Джоэниса израсходовал весь свой боезапас.
Впрочем, что касается запаса коварства, которым его снабдили проектировщики, то самолёт не потерял его ни в малейшей степени. Автопилот переключил радиостанцию на волну, на которой шел радиообмен между землей и ракетами, и объявил, что его атакуют и что все ракеты, находящиеся в воздухе, суть вражеские цели, которые следует уничтожить.
Эта тактика имела определенный успех. Те ракеты, что постарше, не отличались хитроумием и не могли атаковать самолёт, который они считали своим. Однако новые ракеты, более искушенные и изощренные, были обучены ждать от неприятеля именно таких коварных трюков. Поэтому они усилили натиск, в то время как старые ракеты отчаянно бились на стороне одиночного самолёта.
Когда битва между ракетами была в полном разгаре, самолёт Джоэниса сделал маневр и благополучно ушел от огня. Оставив зону боя далеко позади, он молнией понесся к своему родному аэропорту в Вашингтоне, округ Колумбия.
Прибыв туда, Джоэнис отправился на эскалаторе в Главный Командный Пункт, располагавшийся под землей на глубине семисот футов. Здесь его сразу же подвергли допросу. От Джоэниса добивались, чтобы он рассказал о характере совершенного на него нападения и опознал противника. Но единственное, что Джоэнис знал наверняка, — это то, что какие-то одни ракеты его атаковали, а какие-то другие держали оборону.
Об этом Командный Пункт уже знал, и офицерам не оставалось ничего другого, как приняться за допрос автопилота, который вел самолёт Джоэниса.
Поначалу автопилот давал уклончивые ответы, поскольку никто не мог вспомнить нужный секретный код, на который автомат отзывался. Но после того как код подобрали, он заявил, что над Калифорнией их самолёт атаковали ракеты наземного базирования и некоторые из этих ракет принадлежали к совершенно неизвестному ему типу.
Все эти, а также прочие данные, касающиеся ракетного боя, были заложены в Калькулятор Вероятности Войны, который сразу же выдал следующие варианты, приведенные здесь в порядке убывающей вероятности:
1. На Калифорнию напал Коммунистический Блок.
2. На Калифорнию напали нейтральные страны.
3. На Калифорнию напали члены Западного Альянса.
4. На Калифорнию напали пришельцы из космоса.
5. На Калифорнию вообще никто не нападал. Калькулятор также выдал все вероятные комбинации и перестановки этих пяти возможностей и выстроил из них систему альтернативных подвозможностей.
Офицеры, обслуживающие Калькулятор, были совершенно ошеломлены огромным количеством вероятностей и подвероятностей, возможностей и подвозможностей, свалившимся им на голову. Они надеялись выбрать наиболее вероятное утверждение и, основываясь на нем, действовать. Но Калькулятор не дал им этого сделать. По мере поступления новых данных вычислительная машина пересматривала и уточняла вероятности и, не останавливаясь ни на секунду, перестраивала и перегруппировывала их, добиваясь всё новых сочетаний. Листки уточненных данных, помеченные грифом «КРАЙНЕ СРОЧНО», машина изрыгала со скоростью десяти штук в секунду, и среди них, к полной досаде обслуживающего персонала, ни один не повторял другого.

  •  

Он понимал также, что информация поступает к нему от чрезвычайно дорогостоящих машин, которые порой не могут отличить гуся от ракеты, машин, которым требуются в помощь целые полки высококвалифицированных специалистов, обученных обслуживать, чинить, улучшать и ублажать их любыми способами. И ещё Пустойг знал, что при всей заботе, которой люди окружали машины, — а может быть, именно благодаря этой заботе — машинам нельзя по-настоящему доверять. Эти создания были ничем не лучше своих создателей; в сущности, они даже походили на своих творцов, переняв у них множество худших черт. Как и люди, машины часто бывали не в духе или начинали вдруг проявлять чрезмерное усердие, а иные даже впадали в кататонический ступор. Кроме того, машины ещё имели слабость оказываться под эмоциональным влиянием работающих на них людей — операторов. Фактически те из машин, которые сильнее других поддавались внушению, были не более чем продолжением личности оператора.

  •  

В сущности, я хочу поздравить тебя и поблагодарить за тот патриотический пыл, который побудил тебя подписать вчера вечером специальный контракт на пятьдесят лет службы без всяких оговорок. Отлично, солдат! А теперь катись к чёрту...

  — вербовщик

Перевод[править]

В. Бабенко, В. Баканов, 1990

О романе[править]

  •  

«Хождение Джоэниса» повествует о процессе «просвещения» наивного и простодушного дикаря с островов Тихого океана в абсурдной антиутопии близкого будущего; полная язвительных ремарок относительно политики и социологии знакомого автору мира, книга тем не менее откровенно «буксует» из-за бесконтрольного стремления осмеять всех и вся, причём осмеять «щадяще».[3]

  Вл. Гаков, «Энциклопедия фантастики. Кто есть кто», 1995

Примечания[править]

  1. Отрывок диалога из этих двух реплик цитировался Брайаном Олдиссом в книге «Кутёж на триллион лет» (гл. 13), 1986.
  2. Ср. с: «Это только видимость, будто они живут и дышат, на самом деле это уже гниющие и зловонные трупы». (Франческо Петрарка)
  3. Шекли (Sheckley), Роберт // Энциклопедия фантастики. Кто есть кто / Под ред. Вл. Гакова. — Минск: Галаксиас, 1995.


Цитаты из произведений Роберта Шекли
Романы Алхимический марьяж Элистера Кромптона · Десятая жертва · Координаты чудес · Новое путешествие в Координаты чудес · Корпорация «Бессмертие» · Обмен разумов · Хождение Джоэниса · Цивилизация статуса ·
Повести и рассказы Безымянная гора · Бесконечный вестерн · Билет на планету Транай · Добро пожаловать в стандартный кошмар · Кое-что задаром · Ловушка для людей · Минимум необходимого · Мнемон · Ордер на убийство · Паломничество на Землю · Потолкуем малость? · Прогулка · Премия за риск · Проблема туземцев · Четыре стихии · Язык любви ·
Серия рассказов «Грегор и Арнольд» Мятеж шлюпки · Призрак V · Рейс молочного фургона ·