Бессмертник

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску
Цветок бессмертника (Helichrysum bracteatum)

Бессме́ртник или цмин (лат. Helichrýsum), а также имморте́ль — очень известные и любимые цветы (так называемые «сухоцве́ты») из крупного рода бессмертник семейства астровых или сложноцветных (лат. Asteraceae). Разные виды бессмертников очень разнообразны. Среди них есть многолетние и однолетние травы, а также полукустарники и даже кустарники, похожие скорее на пижму, чем на привычный сухоцвет. И всё же, когда речь заходит о бессмертнике, чаще всего представляют себе сухой цветок из неувядающего годами букета, похожий на жёсткую ромашку с короткими острыми лепестками.[комм. 1]

Многие виды бессмертника — ценные лекарственные растения. Эфирное масло бессмертника широко используется в медицине и парфюмерной промышленности.

Бессмертник в прозе[править]

  •  

На главной стене висел старинный портрет Фёдорова прадеда, Андрея Лаврецкого; тёмное, желчное лицо едва отделялось от почерневшего и покоробленного фона; небольшие злые глаза угрюмо глядели из-под нависших, словно опухших век; чёрные волосы без пудры щёткой вздымались над тяжёлым, изрытым лбом. На угле портрета висел венок из запылённых иммортелей.[комм. 2] «Сами Глафира Петровна изволили плести», — доложил Антон.

  Иван Тургенев, «Дворянское гнездо» 1858
  •  

Больному воображается иногда, что он уже умер, и схоронили его без надгробных речей и похоронного пения. Но погода хороша, воздух тёпел, и Матильда идёт с Полиной гулять на Монмартр. Она приходит к могиле мужа, украшает её венком из иммортелей, со вздохом говорит: «Pauvre homme!»[комм. 3] и глаза её увлажняются печалью.

  Михаил Михайлов, «Генрих Гейне», 1858
  •  

― «Между тем, ― грустно сказал он, ― она говорила мне, что никогда не нарушала обещания; а ведь она дала обещание умирающему ребёнку. Ах, она теперь слишком счастлива, чтобы думать об умерших! Произнеся шёпотом эти слова, Кенелм хотел уже повернуть к городу, когда возле могилы ребёнка он увидел другую. Около неё лежали бледные цветочки бессмертника, а по углам ― склонённые бутоны рождественских роз.[1]

  Елизавета Ахматова, «Кенелм Чиллингли, его приключения и взгляды на жизнь» (перевод из Э.Булвер-Литтона), 1873
  •  

К кладбищу ведёт длинная Расстанная улица. Небольшие дома по большей части заняты монументальными мастерскими; готовые мраморные и гранитные памятники глядят из окон; на них приготовлены места для надписей, а самих надписей ещё нет; смерть напишет их сегодня или завтра. В заборах — лавочки для продажи цветов и венков из мха и иммортелей; все заборы увешаны ими.

  Всеволод Гаршин, «Петербургские письма», 1882
  •  

Девицы, случалось ли вам пережить тот счастливый миг, когда ваш избранник надёжно приторочен к вам узами брака, а отвергнутый вздыхатель врывается к вам с прилипшим ко лбу хохлом, падает на колени и лопочет об Африке и о любви, которая, невзирая ни на что, будет цвести в его сердце, не увядая, подобно бессмертнику?

  О. Генри, «Театр — это мир», 1910
  •  

Когда покойник в доме ― худо, а зароют и ― полегчает! Корявые берёзы, уже обрызганные жёлтым листом, ясно маячили в прозрачном воздухе осеннего утра, напоминая оплывшие свечи в церкви. По узким полоскам пашен, качая головами, тихо шагали маленькие лошади; синие и красные мужики безмолвно ходили за ними, наклонясь к земле, рыжей и сухой, а около дороги, в затоптанных канавах, бедно блестели жёлтые и лиловые цветы. Над пыльным дёрном неподвижно поднимались жёсткие бессмертники, ― Кожемякин смотрел на них и вспоминал отзвучавшие слова: «Надо любить, тогда не будет ни страха, ни одиночества, ― надо любить!»

  Максим Горький, «Жизнь Матвея Кожемякина», 1910
  •  

Возвращались домой по нагретому солнцем полю, притаптывая увядшую от дневной жары короткую траву дёрна, срывая по дороге бессмертники, белые и розовато-бледные, золотую куриную слепоту и лиловые повилики. Шли молча, задумчиво и не спеша; иногда солдат предлагал детям: ― А ну, садитесь мне на плечи! Люба отказывалась, а Ванюша, широко улыбаясь, влезал на шею Капендюхина и, сидя там, покрикивал своим басом...

  Максим Горький, «Большая любовь», 1912
  •  

Тихий ветер сонно веет с тихой, мутной Оки, качаются золотые лютики, отягчённые росою, лиловые колокольчики немотно опустились к земле, разноцветные бессмертники сухо торчат на малоплодном дёрне, раскрывает алые звёзды «ночная красавица» ― гвоздика

  Максим Горький, «В людях», 1916
  •  

Вон по мочежинам, по кочкам болотным, не моргая венчиками глазастыми ― вымытые цветы курослепа и красоцвета болотного; курятся тонкие стройные хвощи. Голубенькие цветики-незабудки, как ребята, бегают и резвятся у таловых кустов с бело-розовыми бессмертниками. А там по полянам, опять неугасимо пылают страстные огоньки, которые по-другому зовутся ещё горицветами: пламенно-пышен их цвет и тлезвонно-силен их телесный запах, как запах пота. А в густенной тайге медовят разноцветные колокольчики, сизые и жёлтые борцы, и по рямам таёжным кадит светло-сиреневый багульник-болиголов.[2]

  — Владимир Ветров, «Кедровый дух», 1923
  •  

Сидит штабс-капитан у окна хмурый, как филин, кислое молоко хлебает. На столик с полынной глянет, ― так к кадыку и подкатит… Полночь пробило. Слышит он, ― шуршит за зеркалом, сухой бессмертник качается, ― малиновое мурло на свет выползает.
― Здравствуйте, господин! Молочком закусываете?
― Пшёл вон, тухлоглазый.[3]

  Саша Чёрный, «Штабс-капитанская сласть» (Солдатские сказки), 1931
  •  

Ниже ― зелёные склоны, лес, а главное, над всем этим ― необыкновенный снеговой воздух и абсолютная тишина. Только снизу доносился шум речки, да где-то под камнем булькал невидимый ключ. Я долго сидел, наслаждаясь тишиной, горами, запахами. Рядом со мной цвели бессмертники, но такие, каких я не видал раньше ― голубые с тёмно-фиолетовой серединкой. Внизу цветов совсем не было, а здесь на высоте ― такое изобилие, как будто они рождаются не из земли, а из воздуха и солнца. И я подумал ― вот чем горы хороши ― в них, как в общении с мудрым человеком, впитываешь в себя свежесть, ясность, спокойствие ― качества, происходящие от высоты.[4]

  Александр Ельчанинов, «Записи», 1934
  •  

Григорий упал на нары, хотел ещё блуждать в воспоминаниях по исхоженным, заросшим давностью тропам, но сон опьянил его; он уснул в той неловкой позе, которую принял лёжа, и во сне видел бескрайнюю выжженную суховеем степь, розовато-лиловые заросли бессмертника, меж чубатым сиреневым чабрецом следы некованых конских копыт…[5]

  Михаил Шолохов, «Тихий Дон» (Книга вторая), 1940
  •  

В лесу было тихо, прохладно. Рдели кровавые волчьи ягоды, часто встречались крупные синие ягоды голубики, прозрачные созвездия брусники, на полянах цвели влажные лиловые бессмертники. От трухлявых пней пахло скипидаром, далеко были видны красные, в белых крапинках шапки мухоморов.[6]

  Алексей Мусатов, «Стожары», 1948
  •  

Сейчас были убраны хлеба, и обнажённо и величаво лежала земля, отдыхая от праведных трудов, ― жёлто-серое жнивьё, окроплённое яично-жёлтой сурепкой, ― серый цвет и жёлтый цвет до горизонта. На откосе за окном, казалось ― на расстоянии вытянутой руки, бесплотно трепыхались сухие бледно-лиловые бессмертники. Кое-где пахали, чёрная полоса опоясывала край земли ― чёрное море, маленький трактор бороздил чёрное море. Потом заполняла всё видимое пространство бурая отава, по отаве паслись пёстрые коровы. Седой чабан в соломенной шляпе сидел на насыпи, свесив босые старые ноги, и пил молоко из бутылки.[7]

  Вера Панова, «Сентиментальный роман», 1958
  •  

Я немедленно поехал к деду. Полчаса звонил в его дверь, но напрасно. Потому что выглянувшие на трезвон соседи сказали мне, что дед уже месяц, как умер, и похоронен на Немецком кладбище. Могилу деда я разыскал и посадил у него в ногах бессмертники. Всё.[8]

  Михаил Анчаров, «Теория невероятности», 1965
  •  

― Ты знаешь, ― сказала Зоя, ― я от его умных разговоров последние дни просто устала. ― Тогда завтра рано, рано утром отправимся на пароходе, проведём целый день в лесу, на реке, но сегодня надо держать себя так, чтобы другие об этом не знали. ― Я тебе там, ― задыхаясь от радостного желания, сказала Зоя, ― бессмертники покажу, я знаю место. Ириша видела, девчонки на базаре уже бессмертники боровые продают, в этом году их много. Ах, это не садовые, колюче-золотистые, лиловые, которые меж зимних двойных рам кладут, эти мягкие, очаровательные, ты помнишь, я тебе говорила. Их годами сохранять можно.[9]

  Леонид Зуров, «Иван-да-марья», 1969
  •  

Помню, и я так же отпустился на сухую дерновину, где росли подсушенные солнцем, но молоденькие бессмертники, и в боровых этих цветах, их горьковатом запахе, в их неожиданной нежной окраске и в их сложенном как бы пальчиками цветке было что-то трогательное, как будто созданное для детской радости. С этими цветами у меня связано столько солнечного света и детских деревенских доверчивых глаз, и я вспомнил, как одна быстренькая и умная деревенская девочка любила со мною играть, а потом учила сестру плести из бессмертников веночки.
― Смотри, ― говорила в это время Кира, стоя на коленях, ― вот и малиновый. Какая прелесть.[9]

  Леонид Зуров, «Иван-да-марья», 1969

Бессмертник в поэзии[править]

  •  

И когда, разлюбивши мечты,
Я забудусь в могильной постели,
Надо мной, в торжестве Красоты,
Навсегда расцветут иммортели.

  Константин Бальмонт, «Как цветок», 1897
  •  

Я вышла в сад, где жёлтых георгин
Разросся куст и лилии цвели.
Он надо мной, сверкая как рубин,
Висел недвижно в солнечной пыли.
Я сорвала немую иммортель
И подошла к колодцу. Парил зной.
За мной следил докучный, звонкий шмель,
Сверлил мой ум серебряной струной.[10]

  Мирра Лохвицкая, «Шмель», 1898
  •  

Некрасивы цветы иммортелей,
Не гордятся заманчивой долей,
Нет в них пышного блеска камелий,
Аромата атласных магнолий!

  Владимир Голиков, «Из записной книжки», 1900
  •  

Где сухие иммортели
Робко прячутся от света,—
Ждёшь, задумчивая Нелли,
Ты влюблённого поэта!

  Владимир Голиков, «В страстном хоре вакханалий...», 1900
  •  

Бессмертники, вне жизни, я мальчик был совсем,
Когда я вас увидел, и был пред вами нем.
Но чувствовал я то же тогда, что и теперь: —
Вы тонкий знак оттуда, куда ведёт нас дверь.[11]

  Константин Бальмонт, «Бессмертники», 1905
  •  

И вот уж на гробницу
Бессмертники везу,
Взирая на столицу
Сквозь стёкла и слезу...[12]

  Сергей Городецкий, «Меланхолия зимнего дня...», 1906
  •  

Мы бродили медленно
Там, где дики скалы,
Где цветут бессмертники,
Где растут кристаллы.[13]

  Константин Эрберг, «Серебро и золото», 1909
  •  

Сухо пахнут иммортели
В разметавшейся косе.
На стволе корявой ели
Муравьиное шоссе.[14]

  Анна Ахматова, «Жарко веет ветер душный…» (из сборника «Вечер»), 1910
  •  

Ручьись, весна! Летит к тебе, летит
Июнь, твой принц, бессмертник неболикий![комм. 4]
Юлят цветы, его гоньбы улики,
Божит земля, и всё на ней божит.[15]

  Игорь Северянин, «Валерию Брюсову» (Сонет-ответ), 1912
  •  

Воспоминанья — искристый алмаз
Опять в душе печально зазвенели,
И шелестят былого иммортели
В вечерний час.

  Надежда Львова, «В вечерний час опять мечты запели…», 1913
  •  

Бессмертник сух и розов. Облака
На свежем небе вылеплены грубо.
Единственного в этом парке дуба
Листва ещё бесцветна и тонка. [14]

  Анна Ахматова, «Бессмертник сух и розов. Облака...» (из сборника «Белая стая»), 1916
  •  

Букет золотых бессмертников,
Старый букет,
В углу у меня пылится он
Сколько уж лет.[13]

  Константин Эрберг, «Букет», 1918
  •  

Здесь плющ и камень. Ключ взял сторож.
Здесь ветер горного простора
кустарник треплет и бессмертник.
Под навесом бытия...[16]

  Татьяна Вечорка, «Могила Грибоедова», 1919
  •  

Бессмертник сух ещё до смерти,
При жизни сух, и после смерти,
Как дух святой, бессмертник сух...[17]

  Михаил Савояров, «Бес смерти» (из сборника «Не в растения»), 1919
  •  

Не слышно птиц. Бессмертник не цветёт,
Прозрачны гривы табуна ночного.
В сухой реке пустой челнок плывёт,
Среди кузнечиков беспамятствует слово.[18]

  Осип Мандельштам, «Ласточка», 1920
  •  

О летняя тоска, ― особый дачный холод
В картонной комнате, где к потолку приколот
Пучок бессмертника, где узкая кровать
Окну подставила свой бок ― отсыревать.

  Георгий Шенгели, «Дача», 1922
  •  

Раздутые ноздри львиных зевов;
Липкие язвы дрём;
Театральные капоры кашек;
Выцветшая ветхость бессмертников;
Суховатый мёд васильков;
Пыльная хина полыней.[19]

  Георгий Оболдуев, «Буйное вундеркиндство тополей...» (Живописное обозрение), 1927
  •  

Мы шли в сухой и пыльной мгле
По раскалённой крымской глине,
Бахчисарай, как хан в седле,
Дремал в глубокой котловине.
И в этот день в Чуфут-Кале,
Сорвав бессмертники сухие,
Я выцарапал на скале:
«Двадцатый год. Прощай, Россия».

  Николай Туроверов, «Мы шли в сухой и пыльной мгле...», 1928
  •  

В короткой тишине я вижу лица
И руки, ещё недавно державшие перо
Над школьной партой. Сейчас ― винтовку.
Те самые, что пожимали на прощанье ― ваши.
Недосказавшие нам всё ― лежат,
Прижав траву… протянутые навсегда.
И венчики на лбу: потёки высохшего пота,
Бессмертники с наплывом полевых гвоздик...[20]

  Григорий Петников, «В короткой тишине я вижу лица...», 1942
  •  

Бессмертники и метеолы [комм. 5]
Среди круженья звёздных сонмищ,
Крылечко деревенской школы, ―
Друг, вспомнишь! ― недруг, вспомнишь!![19]

  Георгий Оболдуев, «Бессмертник», 1947

Комментарии[править]

  1. Создание таких неувядающих букетов — одна из самых запоминающихся функций бессмертника. Большинство упоминаний в литературе связаны именно с этим свойством «иммортеля», неумирающего и неувядающего хранителя памяти.
  2. Иммортель — в точном переводе с французского языка это и есть «бессмертник». Однако словоупотребление иммортеля в русской среде (дворянской и помещичьей, где долгое время был в ходу французский язык) не в точности соответствовало ботаническому бессмертнику. Конечно, прежде всего иммортель значил «сухие цветы» именно бессмертника. Однако в это понятие включались также и другие растения, пригодные для создания «бессмертных» сухих букетов, такие, например, как: перекати-поле (гипсофила), кермек, ковыль, бриза или трясунка (кукушкины слёзки) и некоторые другие. Постепенно, со смертью помещичьего быта слово иммортель практически ушло из употребления, превратившись в исторический факт литературы 1850-1910-х годов.
  3. «Pauvre homme!» (фр.) — дословно: «бедный человек!» здесь в смысле, «несчастен человек!», бедна его юдоль, печальна судьба, он смертен.
  4. «Июнь, твой принц, бессмертник неболикий» — среди игры слов Игорь Северянин упомянул «бессмертник», скорее всего, не имея в виду исключительно цветок. И тем не менее, «неболикая бессмертная астра» нашла своё место среди его метафор.
  5. «Бессмертники и метеолы» — в этой строке, дважды повторяющейся в стихотворении Георгия Оболдуева, «метеола» — или авторская «ошибка», или укрепившееся простонародное (упрощённое, детское, школьное) произношение цветка «маттиола» или левкой.

Источники[править]

  1. Бульвер-Литтон Э. пер. Е.Ахматовой, «Кенелм Чиллингли, его приключения и взгляды на жизнь». — М.: «Правда», 1985 г.
  2. Владимир Ветров, в сб. «Перевал». Под редакцией А. Весёлого, А. Воронского, М. Голодного, В. Казина. — М. Гиз. 1923 г. Сб. 1.
  3. Саша Чёрный. Солдатские сказки. – Новосибирск: Сибирская книга, 1994 г.
  4. А.В. Ельчанинов. «Записи» (1926-1934) Св. Александр Ельчанинов. Записи. — Москва: «Русский путь», 1992 г.
  5. М.А.Шолохов, «Тихий Дон». — М.: Молодая гвардия, 1980 г.
  6. Алексей Мусатов. «Стожары». — М., ГИХЛ, 1950 г.
  7. Панова В.Ф., Собрание сочинений: В 5 т. Том 2. — Л.: «Художественная литература», 1987 г.
  8. Михаил Анчаров, «Теория невероятности». — М.: «Советская Россия», 1973 г.
  9. 9,0 9,1 Л.Ф.Зуров. «Иван-да-марья». — М., журнал «Звезда», 2005 г. № 8-9
  10. Лохвицкая-Жибер М. А. Собрание сочинений тт. 1-5. — М., 1896-1898, СПб., 1900-1904 гг.
  11. К. Бальмонт., Избранное. — М.: «Художественная литература», 1983 г.
  12. С. Городецкий. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия. — Л.: Советский писатель, 1974 г.
  13. 13,0 13,1 К. Эрберг, «Плен». «Цель творчества». — Томск: Водолей, 1997 г.
  14. 14,0 14,1 А.А. Ахматова. Собрание сочинений в 6 томах. — М.: Эллис Лак, 1998 г.
  15. Игорь Северянин, «Громокипящий кубок. Ананасы в шампанском. Соловей. Классические розы.». — М.: «Наука», 2004 г. — стр. 54.
  16. Татьяна Вечорка, Портреты без ретуши. — М.: Дом-музей М. Цветаевой, 2007 г.
  17. М.Н.Савояров, Двадцатый сборник сочинений: последние тексты песен, куплетов и декламаций. — Петроград, 1920 г., Гороховая 12
  18. О.Э. Мандельштам. Собрание сочинений в 4-х т. — М.: Терра, 1991 г.
  19. 19,0 19,1 Г. Оболдуев. Стихотворения. Поэмы. — М.: Виртуальная галерея, 2005 г.
  20. Г.Н.Петников в книге «Поэзия русского футуризма». Новая библиотека поэта (большая серия). — СПб.: Академический проект, 2001 г.

См. также[править]