Перед грозой

Материал из Викицитатника
Перейти к навигации Перейти к поиску
Перед грозой (Медведково, 2 июля 2008)

Пе́ред грозо́й — длительный или короткий отрезок времени, когда гроза ещё не пришла и не началась, но ощутимо приближается.

Длительный период времени можно охаратеризовать как томительное ожидание грозы как спасение от духоты или зноя, а также ощущение чего-то массивного, медленно надвигающегося. Такое ожидание не всегда заканчивается грозой. Иногда она проходит стороной и обманывает ожидания.

Короткое ожидание грозы связано с быстрыми и очень красноречивыми изменениями в погоде, когда на наблюдателя быстро надвигается грозовой фронт или свинцовая туча, небо внезапно омрачается, а солнечная погода уступает предгрозовым явлениям: ветру, вихрям, поднимающим пыль или резкому изменению температуры воздуха.

Перед грозой в мемуарах, публицистике и документальной прозе[править]

  •  

Держись, наша официя. Гроза, гроза ужасная близится. Баталионный командир, подобно тучегонителю Крониону, грядет на тебя во облаце мрачне, в том числе и на нас бессловесных. В ожидании сего грозного судии и карателя пропившиеся до снаги блажат и умоляют эскулапа выдумать и форменно засвидетельствовать их небывалые немощи душевные и телесные, а паче душевные, и тем спасти их от праведного суда гро[мо]носного Крониона.[1]

  Тарас Шевченко, «Дневник», 1857
  •  

В это время, кажется 1 июня, случилась жестокая гроза, которая произвела на меня сильное впечатление страха. Гроза началась вечером, часу в десятом; мы ложились спать; прямо перед нашими окнами был закат летнего солнца, и светлая заря, еще не закрытая черною приближающегося тучею, из которой гремел по временам глухой гром, озаряла розовым светом нашу обширную спальню, то есть столовую; я стоял возле моей кроватки и молился богу. Вдруг страшный громовой удар потряс весь дом и оглушил нас; я бросился на свою кроватку и очень сильно ушиб себе ногу.[2]

  Сергей Аксаков, «Детские годы Багрова-внука, служащие продолжением семейной хроники», 1858
  •  

― Митрич! Тяни крепче! ― кричали мужики паромщику.
― Подсоби иди! ― хрипел Митрич. ― До грозы бы Бог дал! Ишь наползат…
― Ничего, с нами батюшки![3]:282

  Сергей Гусев-Оренбургский, «Страна отцов», 1904
  •  

А если бы видели, как он начинал! Не умел еще рисовать, но были у него такие этюды, что я в него твердо верил. Думал, из меня, может быть, ничего не выйдет, а вот Володя родился художником. Помню, он написал склон холма в летний день перед грозой, все у него вышло таким напряженным ― нависшее небо, притихшие деревья… Его беда, что он забыл о живописи.[4]:282

  Илья Эренбург, «Оттепель», 1955
  •  

Заежилась древняя бабка:
― Не быть ли дожжу ― вся дрожу.
Погодя старики опять проговорили:
Гром гремит, путь воде готовит…[5]

  Борис Шергин, «Изящные мастера», 1950-е
  •  

А «дожжа» все нет и нет, но в один прекрасный день после обеда натянет с юго-запада мрачной сини, налетит вдруг шквал, взбив почерневшую воду, вырастут неизвестно откуда высокие и тонкие, как лезвия, волны, завернутся трубочками, и глядишь, летит по Енисею лодка с рыбаками, а за ней в полуверсте несется молочно-белая стена дождя, вот она ближе и ближе, вот хлопнула от ветра дверь, вот уже все бело вокруг, и грохочет дождь по крыше, и мокро блестит пустая лавочка, и соседка ставит бельевой бак под осиновый желоб, и старый серый кобель, раздувая ноздри, внюхивается в свежий влажный воздух ― дождались. Эти летние грозы ― главная причина лесных пожаров.[6]

  Михаил Тарковский, «Жизнь и книга», 1983
  •  

Жители увидели приближающуюся со стороны моря густую тучу. К полудню туча закрыла окрестные горы и начала заслонять солнце; цвет ее, сначала бледно-розовый, стал огненно-красным. Скоро город был окутан таким густым мраком, что в домах пришлось зажечь лампы... Мрак продолжал усиливаться, и все небо казалось состоящим из раскаленного железа. Загремел гром, и начали падать крупные капли красноватой жидкости, которую одни принимали за кровь, а другие — за расплавленный металл. К ночи воздух очистился, гром и молния прекратились.[7]

  Владимир Мезенцев, «Чудеса: Популярная энциклопедия» (том второй), 1991
  •  

Предгрозовая духота. Голодная цапля на длинных, стройных ногах замерла у входа в ресторан и краешком безжалостного глаза наблюдает за большой и толстой жабой, неосторожно квакающей из окна своего ленд крузера.[8]

  Михаил Бару, «Навоз божьих коровок», 2012
  •  

Впереди уже виднеется родной лес. А вот то место, где он лежал сегодня после встречи с ней. Это место не узнать: оно золотое, а за ним совершенно чёрная река. «Сфотографировать ― никто не поверит», ― думает парень. Вдруг золотой свет гаснет, завораживающая, но изнурительная борьба света и тьмы прекращается, и в целом становится как будто яснее, светлее, хоть и темно, конечно, перед грозой. Парень чувствует себя простой частью природы, которая ожидает дождя. Он прольётся уже очень скоро.[9]

  Юрий Лунин, «Три века русской поэзии», 2016

Перед грозой в беллетристике и художественной литературе[править]

Генрих Бюркель, «Перед грозой» (1850-е)
  •  

Не знаю, отчего сердце мое отказывается участвовать в общей радости творения. Оно не смеет развернуться, подобно листьям и цветам. Непонятное чувство, похожее на то, которое смущает нас пред сильною летнею грозою, сжимает его. Предчувствие какого-то отдаленного несчастия меня пугает!.. Недаром, говорят простолюдины, недаром прошлого года так долго ходила в небесах невиданная звезда; недаром горели города, селы, леса и во многих местах земля выгорала.[10]

  Михаил Загоскин, «Рославлев, или русские в 1812 году», 1830
  •  

Всё мое внимание было обращено на верстовые столбы, которые я замечал издалека, и на облака, прежде рассыпанные по небосклону, которые, приняв зловещие, черные тени, теперь собирались в одну большую, мрачную тучу. Изредка погромыхивал дальний гром. Это последнее обстоятельство более всего усиливало мое нетерпение скорее приехать на постоялый двор. Гроза наводила на меня невыразимо тяжелое чувство тоски и страха.
До ближайшей деревни оставалось еще верст девять, а большая темно-лиловая туча, взявшаяся бог знает откуда, без малейшего ветра, но быстро подвигалась к нам. Солнце, ещё не скрытое облаками, ярко освещает её мрачную фигуру и серые полосы, которые от неё идут до самого горизонта. Изредка вдалеке вспыхивает молния и слышится слабый гул, постепенно усиливающийся, приближающийся и переходящий в прерывистые раскаты, обнимающие весь небосклон.[11].

  Лев Толстой, «Отрочество», 1854
  •  

День был жаркий, безветренный, парило, тучи сростались и чернели, и с утра еще собиралась гроза. Я была взволнована, как всегда перед грозой. Но после полудня тучи стали разбираться по краям, солнце выплыло на чистое небо, и только на одном краю погромыхивало, и по тяжелой туче, стоявшей над горизонтом и сливавшейся с пылью на полях, изредка до земли прорезались бледные зигзаги молнии. Ясно было, что на нынешний день разойдется, у нас по крайней мере.[12]

  Лев Николаевич Толстой, «Семейное счастье», 1859
  •  

Между тем погода совершенно переменилась; в воздухе сделалось так тихо, что ни один листок на деревьях не шевелился; на небе со всех сторон надвигались черные, как вороново крыло, тучи, и начинало уж вдали погремливать.
― Боже мой, мой бедный бурнус! ― воскликнула Эмилия, показывая на упавшие на него две-три дождинки.
― Прикажите, я позову извозчика! ― предложил Иосаф.
― Да, пожалуйста, бурнус и шляпка еще ничего; но я в прюнелевых ботинках: промочу ноги и непременно заболею.[13]

  Алексей Писемский, «Старческий грех», 1861
  •  

Душное июньское утро. В воздухе висит зной, от которого клонится лист и покрывается трещиной земля. Чувствуется тоска за грозой. Хочется, чтобы всплакнула природа и прогнала дождевой слезой свою тоску.
Вероятно, и будет гроза. На западе синеет и хмурится какая-то полоска. Добро пожаловать![14]

  Антон Чехов, «Он понял!», 1883
  •  

Грозовая туча росла с поразительною быстротою, как это бывает иногда в горах, и ничего не оставалось, как только согласиться на предложение опытного старого охотника, знавшего местность, как свои пять пальцев. Идти под проливным дождем верст пятнадцать было бы плохим удовольствием.
— Вот спустимся по Чертовой Почте, перекосим ложок и как раз упремся в балаган, — объяснил Шапкин, вскидывая на плечо свою тяжелую старинную двустволку. — И откуда, подумаешь, туче было взяться… эк ее раздувает!..
Когда мы начинали спускаться с горы, вдали глухо гукнул первый удар грома, как будто он прокатился под землей. Все кругом как-то разом стихло и замерло, точно в природе разыгрывалась одна из тяжелых семейных драм, когда все боятся со страху дохнуть. Солнце быстро клонилось к западу, погружаясь в целое море кровавого золота; по траве от легкого ветерка точно пробегала судорожная дрожь, заставлявшая кусты жимолости и малины долго шептаться. Там, далеко внизу, тени быстро росли и сгущались в ту вечернюю мглу, которая залегает по логам сплошной массой; бурый ельник, который отделял Чертову Почту от Востряка, с каждым шагом вперед вырастал и превращался в темную зубчатую стену. Место было дикое, но именно теперь, когда с одной стороны горело зарево заката, а с другой — темной глыбой надвигалась гроза, оно делалось красивым своей дикой поэзией. Вся эта жалкая северная природа точно дохнула всей грудью, и то, что не имело смысла, взятое отдельно, получило особенное значение в общем: все эти разбросанные по сторонам каменькамни, топорщившиеся в траве кусты и кустики, точно выросшие внезапно силуэты отдельных елей и пихт, — все слилось в одну великолепную гармоническую картину, которой нельзя было не залюбоваться.[15]

  Дмитрий Мамин-Сибиряк, «Гроза» : Из охотничьих рассказов, 1885
  •  

Девятый час утра.
Навстречу солнцу ползет темная, свинцовая громада. На ней то там, то сям красными зигзагами мелькает молния. Слышны далекие раскаты грома. Теплый ветер гуляет по траве, гнет деревья и поднимает пыль. Сейчас брызнет майский дождь и начнётся настоящая гроза.
По селу бегает шестилетняя нищенка Фекла и ищет сапожника Терентия. Беловолосая босоногая девочка бледна. Глаза ее расширены, губы дрожат.[16]

  Антон Чехов, «День за городом», 1886
  •  

— Смотрите, какая туча! — сказал он, указывая на иссиня-чёрную с беловато-дымчатым налетом внизу тучу, низко опустившуюся над землею и быстро надвигавшуюся на нас.
— Ого, в самом деле, должно быть, будет дождь! — сказал я весело.
— И дождь, и гроза! — проговорил он, поспешно шагая вперёд.
— И слава богу! — отозвался я. — Давно нужно грозы!
Он как-то сердито проговорил:
— И почему это непременно гроза нужна?
И заслышав вдали слабый и глухой грохот грома, повлек своих детей к будке сторожа. В эту же минуту начали падать отдельные крупные капли дождя, шлёпавшиеся шумно на пыльную землю и оставлявшие на ней большие тёмные пятна; ещё через минуту они превратились в страшный ливень, и я волей-неволей тоже побежал от дождя. Когда я добежал до будки сторожа, гроза была уже над нами, оглушая нас громом и ослепляя зигзагами молний. Порывами сильного вихря мимо нас несло ещё не до конца прибитую к земле пыль, крутящуюся дождевую воду, обрываемые листья, сухие ветки и разный мусор. Всё это кружилось и мчалось в какой-то бешеной пляске.[17]

  Александр Шеллер-Михайлов, «Вешние грозы» (рассказ), 1892
  •  

В это жаркое июльское утро Павел Дмитриевич Звягин, доканчивая свой туалет, сопел и обливался по́том больше обыкновенного. Гроза собиралась три дня. К полудню всякий раз небо покрывалось лилово-серыми тучами, но ветер, подняв целые вихри пыли и яростно потрепав верхушки деревьев, летел дальше, унося грозу. Чувствовалась тоскливая напряжённость, удручавшая нервы. И даже флегматичному Павлу Дмитриевичу было не по себе, когда он вспоминал, какая томительная духота ждёт его в правлении, где все эти дни служащие бродили как умирающие осенние мухи.[18]

  Анастасия Вербицкая, «Поздно», 1903
  •  

Чуть только начинало меркнуть песчано-желтое море зреющих хлебов под заходящей из-за усадьбы тучей, чуть только взвивался первый вихрь по выгону и тяжело прокатывался отдаленный гром, кидались бабы выносить на порог темные дощечки икон, готовить горшки молока, которым, как известно, скорей всего усмиряется огонь. А в усадьбе летели в крапиву ножницы, вынималось страшное заветное полотенце, завешивались окна, зажигались дрожащими руками восковые свечки… Не то притворялась, не то и впрямь заразилась страхом даже барыня.

  Иван Бунин, «Суходол», 1911
  •  

Он как-то недоглядел, когда именно Илья превратился во взрослого человека. Не одно это событие прошло незаметно; так же незаметно Наталья просватала и выдала замуж дочь Елену в губернию за бойкого парня с черненькими усиками, сына богатого ювелира; так же, между прочим, умерла наконец, задохнулась тёща, знойным полуднем июня, перед грозою; еще не успели положить ее на кровать, как где-то близко ударил гром, напугав всех:
― Окна, двери закройте! ― крикнула Наталья, подняв руки к ушам; огромная нога матери вывалилась из ее рук и глухо стукнула пяткой о пол.[19]

  Максим Горький, «Дело Артамоновых», 1925
  •  

― Ой, Пётр мой Кирилыч, погода-то, видно, и в самом деле разгуляется. Мотри, какие волохна ветер из-за леса несёт!
В это время наискосок окна прорезала золотая стрела. Ульяна перекрестилась, посмотревши на образ. Пётр Кирилыч поперхнулся с испугу и тоже торопливо перекрестился. За лесом бабахнуло, и в крышу ударили редкие первые дождинки, предвещая бурю и ливень.
― Спиридон-то… ой, Спиридон-то, говорю! ― пропела Ульяна, оторвавшись от окна.[20]

  Сергей Клычков, «Чертухинский балакирь», 1926
  •  

Июль накапливал грозы. По ночам испуганно метавшиеся зарницы с громовым треском раздирали пополам небо. Днями ползли тяжелые свинцовые тучи, далеко в горах гремел гром. Грозы ждали каждый день. Но горячий, как из печки, ветер упорно тянул с собою тучи; скрываясь за горами, они ползли на горизонт, земля и зелень задыхались и темнели от зноя. От духоты и жары люди не находили себе места. Даже ночью трудно было ходить, — так сомнительна была ее прохлада.[21]

  Константин Большаков, «Бегство пленных, или История страданий и гибели поручика Тенгинского пехотного полка Михаила Лермонтова», 1928
  •  

Глухой сумрак прошел внезапной волной по листве. Золото меркло. Воздух тускнел. Далекий грозный ропот прокатился от края до края лесов и замер где-то над гарями. Берг не оборачивался.
— Гроза заходит! — крикнул Ваня. — Надо домой!
Осенняя гроза, — ответил рассеянно Берг и начал работать еще лихорадочнее.
Гром расколол небо, вздрогнула черная вода, но в лесах еще бродили последние отблески солнца. Берг торопился.
Ваня потянул его руку:
— Глянь назад. Глянь, страх какой!
Берг не обернулся. Спиной он чувствовал, что сзади идет дикая тьма, пыль, — уже листья летели ливнем, и, спасаясь от грозы, низко неслись над мелколесьем испуганные птицы.
Берг торопился. Оставалось всего несколько мазков.
Ваня схватил его за руку. Берг услышал стремительный гул, будто океаны шли на него, затопляя леса.
Тогда Берг оглянулся. Черный дым падал на озеро. Леса качались. За ними свинцовой стеной шумел ливень, изрезанный трещинами молний. Первая тяжелая капля щелкнула по руке.[22]

  Константин Паустовский, «Акварельные краски», 1936
  •  

Душный ветер умолк над рожью — стало тихо, как перед грозою или перед великой сушью; и старик тоже умолк, он уже спал, снедаемый мухами и муравьями, ползавшими по его ко всему притерпевшемуся лицу. <...>
Рожь росла тихо. В жаре и безмолвии колосья склонились обратно к земле, словно они уснули без памяти, и тень тьмы нашла на них с неба и покрыла их на покой. Наташа оглянулась в незнакомом поле, желая увидеть, что застило солнце. Дальняя молния в злобе разделила весь видимый мир пополам, и оттуда, с другой стороны, что за деревней Панютино, шел пыльный вихрь под тяжкой и медленной тучей; там раздался удар грома, сначала глухой и нестрашный, потом звук его раскатился и, повторившись, дошел до Наташи так близко, что она почувствовала боль в сердце.[23]

  Андрей Платонов, «Июльская гроза», 1938
  •  

Ближе к ночи на Москву с востока наползла черная туча. Далекие громы недовольными собаками ворчали в ее глубине, картинные зигзаги молний прошивали набухшее влагой тело. На город надвигалась первая весенняя гроза, и предвестником ее, на фоне яркого закатного неба, уже начинал накрапывать слепой, редкий дождик. Он барабанил по стеклянной крыше ГУМа, капли его разбивались о брусчатку площади, и рано зажженные прожектора отражались в ее влажной, блесткой поверхности. Лукарий вступил под арку вечно закрытого подъезда универмага, закурил.[24]

  Николай Дежнев, «В концертном исполнении», 1993
  •  

Через двое суток начнется май. Самый опасный месяц весны. (А в марте, кажется, двадцать шестого числа, на юго-западе, на краю леса как закрутит метель! Я там была в тот день). Кстати, та майская гроза так и не началась. Погремело, погремело и ушло: было светло до самой ночи, и во дворе кричали дети. После того как набегается собака по последнему льду этого года, наступит май и в мае вечер, когда не началась гроза. Хотя казалось, что вот-вот. Зря кто-нибудь переживал, как я там, перед грозой. Переживал даром.[25]

  Нина Садур, «Немец», 1996
  •  

Следующий день выдался душным и жарким, в воздухе парило, дышать было тяжело, и все предвещало первую майскую грозу. На службе часы тянулись медленно от духоты и головной боли. Окна были открыты, но это помогало мало. Со двора, от нагревшихся на солнце стен, поднимался горячий воздух. Мальчишек-кантонистов то и дело посылали за квасом. Со стороны Казанки на самом горизонте собирались тучи.[26]

  Михаил Шишкин, «Всех ожидает одна ночь», 2003
  •  

Плоская крыша магазина, расположенного под нами, усеяна разнообразным мусором. Порывы ветра, особенно перед грозой, взметывают и уносят что полегче, а пустые пивные банки, которые не могут улететь, катаются по ней туда-сюда, своим жестяным громом усиливая общее тревожное в такие минуты настроение. Впрочем, сегодня банки лежат неподвижно, потому что в тропосфере затишье и покой.[27]

  Олег Зайончковский, «Счастье возможно: роман нашего времени», 2008

Перед грозой в поэзии[править]

Перед грозой (Урал, 9 июля 2018)
  •  

Солнце скрылось; и́дут тучи;
Прах взвился под небеса;
Зароптал ручей гремучий;
Лес завыл: идёт гроза! <...>
Отчего ж, когда темнеет
Мира внутреннего луч,
Тягость сердцем овладеет
И душа мрачнее туч...[28]

  Михаил Дмитриев, «Символ», 1842
  •  

Облака толпой косматой
По небу летят,
Ниве юной, полосатой
Бурею грозят,
Ветер, дремлет над травою,
Воздух душен стал;
Гром за синего горою
Глухо застонал.
Что ж, дитя, ты приуныла,
Что глядишь в окно?
Думы ль вещей тайной силой
Сердце смущено?..[29]

  Александр Пальм, «Перед грозой», 1846
  •  

Не дошло еще до драки:
Тишина перед грозой;
Но по небу ходят мраки
Над напуганной землей.[30]

  Пётр Вяземский, «Венеция», 1864
  •  

Ночь наступает и ветер растет…
Бледной зари догорают отливы;
Ниже, все ниже склоняются ивы;
Там, за горою, уж буря ревет.
Молний в пруде отразились извивы;
Ниже, все ниже, как темный намет,
Ниже, все ниже склоняются ивы;
Ночь наступает и ветер растет.[31]

  Пётр Бутурлин, «Перед грозой», 1880-е
  •  

Не гроза ли идет мне навстречу?
За лесистым холмом
Глухо катится гром,—
Но и в бурю тебя я замечу
‎Под дождем.[32]

  Яков Полонский, «Подросла», 1889
  •  

Не пылит еще дорога, ―
Но везде уже тревога,
Непонятная тоска.
Утомительно для слуха
Где-то ноет, ноет муха
В тонкой сетке паука.[33]

  Дмитрий Мережковский, «Перед грозой», 1896
  •  

Темнеет… Черных туч несутся вереницы,
Долина и холмы окуталися мглой,
И с криком носятся испуганные птицы,
‎Кружатся низко над землей…
Всё стихло — странною, зловещей тишиною,
Но скоро молния блеснет из темных туч,
И вихрь поднимется над сонною рекою,
‎И грянет гром — ужасен и могуч…[34]

  Ольга Чюмина, «Перед грозой», 1897
  •  

А там, в неведомой дали,
Где небо мрачно и зловеще,
Немые грозы с вихрем шли,
Блестя порой зеницей вещей.
Земля немела и ждала,
Прошло глухое рокотанье,
И по деревьям пронесла
Гроза невольное дрожанье.[35]

  Александр Блок, «Перед грозой», 31 июля 1899
  •  

Все нет грозы, но уж свинцовой тучей
Затянут весь померкший небосклон;
Я жду ― удар раздастся неминучий
И за собой грозу притянет он.
Природа вся в каком-то напряженье.
Затихло все, тяжелый парит зной.
Ни шороха, ни звука, ни движенья,
Но быть грозе ― и страх владеет мной.[36]

  Татьяна Щепкина-Куперник, «Перед грозой», 1901
  •  

Шмели в черемухе гудят о том, ― что зноен день,
И льет миндальный аромат нагретая сирень.
И ждет грозы жужжащий рой, прохлады ждут цветы.
Темно в саду перед грозой, темны мои мечты.[37]

  Мирра Лохвицкая, «Шмели в черемухе гудят о том, – что зноен день...», 1902
  •  

Перед грозой, в Петровки, жаркой ночью,
Среди лесного ропота и шума,
Спешил я, спотыкаясь на коряги
И путаясь меж ёлок, за Веснянкой.
Она неслась стрелой среди деревьев
И, белая, мелькала в темноте,
Когда зарницу ветром раздувало,
А у меня уж запеклись уста
И сердце трепетало, точно голубь.
«Постой!» ― хотел я крикнуть ― и не мог. <...>
И долго мы, как звери за добычей,
Опять бежали в роще. Шумный ливень
По темным чащам с громом бушевал,
Даль раскрывали молнии, и ярко
Белело платье девичье… Но вдруг
Оно исчезло, точно провалилось.[38]

  Иван Бунин, «Веснянка», 1901
  •  

Увы! Не избегу судьбы я,
Как загремят издалека
Там громовые, голубые,
В твердь возлетая, облака, ―
Зане взволнованные силы
Их громовой круговорот, ―
Над бездной мировой могилы
Молниеблещущий полёт.[39]

  Андрей Белый, «Перед грозой» (из цикла «Думы»), 1908
  •  

Говор негромкого грома
Глухо рокочет вдали…
Всё еще веет истома
От неостывшей земли.
Птицы кричали и смолкли;
С каждым мгновеньем темней.
В небо выходит не полк ли
Сумрачных, страшных теней.[40]

  Валерий Брюсов, «Летняя гроза», 1912
  •  

Откуда взявшейся грозы
Предвестьем воздух переполнен ―
Её изменчивый язык
В снопах разоружённых молний.
Вон вылилась и залегла
По топоту весенней конницы,
Где мгла каурая паслась
В дремучем одеяньи солнца.[41]

  Григорий Петников, «Весенняя гроза», 1916
  •  

Как перед грозой, воздух затих
Такой тишиной нестерпимой…
«Той казнью, которой казнила других,
Ты будешь сама казнима.»[42]

  София Парнок, «Любила», «люблю», «буду любить...», 31 марта 1926
  •  

А вокруг, навалясь на крыши,
Кто-то двигается, кто-то дышит,
Зажигая спички в саду.
Вот осветит ледник, вот внизу
Стогов и кустов беседу.
И возы, громыхая, везут
Наше счастье, да все не доедут…[43]

  Игорь Юрков, «Перед грозой», 1927
  •  

Перед грозой, как войлок,
Тяжелые шелка.
Летят, пугая мойву,
Седые облака.
Лишь громко чайки стонут,
И вздыблена волна,
И вдруг со всех затонов
Исчезла тишина...[44]

  Александр Прокофьев, «Первая песня о Ладоге» (из цикла «Песни о Ладоге»), 1927
  •  

Ночь как ночь. ― Не спится мне.
Шелест сада затихает.
Издалёка, как во сне,
Молча небо полыхает.
И завален духотой,
Отраженьем форм минутных,
Воздух реет надо мной ―
Весь светящийся и мутный.[43]

  Игорь Юрков, «Перед грозой», 1928
  •  

Молчание перед грозой. И вдруг
прорвавшееся оцепененье.
Так начинается. Так крепнет звук
дождя. Так тенью
все застилается вокруг.[45]

  Кирилл Набоков, «Гроза», 1933
  •  

Топорщась, воробьи купаются в пыли,
Сквозь дымку солнце жжет, пылая рдяным шаром,
И духота гнетет недвижным банным паром,
И грузны облака, как с мельницы кули.
Попряталось зверье. Цветы изнемогли…
Грозу зачуял лес с тревогой в сердце старом…
Вот шумно вихрь прошел. Вот гром глухим ударом
Сорвался с высоты и катится вдали.[46]

  Георгий Голохвастов, «Перед грозой», 1935
  •  

Был страшен миг последней немотой
Перед грозой. Клубилось, трепетало
И застывало снова за чертой,
Где молнии уже вильнуло жало.
Где старый дом, стоявший в тупике.
Впервые озаренный ― словно сдвинут.
Где все карнизы голуби покинут.
Где вырос флаг на явленном древке.
И полоснуло грохоту навстречу
По воздуху над тучами в разбег,
По пригородам падал первый снег
С фруктовых гор, не охлаждая сечу.
Но вот смотри, за первой прядью прядь
Дождя легчайшего и теплого, льняного
Уже из форточки перебирать.
Хотя и страшно, но совсем немного.[47]

  Алла Головина, «Был страшен миг последней немотой...», 1937
  •  

Не понимаю, гром иль просто мебель
передвигают выше этажом?
А ведь любой отдельно взятый стебель,
чертинка, беглый штрих карандашом
на этот счет сомнений не имеет.
Расслышать не умеет, но немеет
всем естеством своим перед грозой.
Я человек, я жду, когда косой
ударит дождь
по стеклам в подтвержденье,
сутулюсь над бумагою ― и вдруг
в квартирное мое воображенье
всей тяжестью вторгается сундук...[48]

  Глеб Семёнов, «Не понимаю, гром иль просто мебель...», 1948
  •  

В последний раз лиясь листами
между воздушными перстами
и проходя перед грозой
от зелени уже настойчивой
до серебристости простой, <...>
если б не зоркие глаза
и одобрение бродяги,
если б не лилия в овраге,
если б не близкая гроза.[49]

  Владимир Набоков, «Неправильные ямбы», 1953
  •  

Становится земля зеленым вальсом,
Раскинутым, как руки, под грозою.
Кружи, лети, неси в больших ноздрях
Торжественные запахи июля.
Как будто лампы желтые зажглись,
И сизый свод перед грозой темнеет.
Рвануло молнией среди садов,
Открыли рты, дрожа, гелиотропы,
И пролетел по теннисным площадкам
Танцующий, совсем невнятный дождь.[50]

  Владимир Луговско́й, «Сказка о зеленых шарах», 1950-е
  •  

Перед грозой родное дно
Покинули большие крысы.
Теперь уже давным-давно
Все эмигранты стали лысы.
Все ждут: когда-нибудь потонет
Сверхокеанский пароход,
Он так в порывах ветра стонет,
Так страшно замедляет ход.[51]

  Юрий Одарченко, «Перед грозой родное дно...», 1957
  •  

От страха забывает имя
Булонский лес перед грозой,
и плачет церковкой слезой
американец-проходимец.
Лес окропился звоном слез,
но раком съеден луг зеленый;
лежит астматик утомленный
в букетах буржуазных грёз.[52]

  Александр Миронов, «Эмигрант», 1975
  •  

нет сломанней дождя, чем сломанный сегодня.
нет вещее воды, чем та ― перед грозой,
тот падающий сон, что хлещет так свободно ―
просторнее, чем явь, чем смысл ее косой ―
останься навсегда или надольше даже,
пускай исчезнет все ― во всем его ничем,
небесное число за облачною стражей,
сверкни, как молния, грохочущим плечом![53]

  Владимир Казаков, «что это за число, забытое священно?...», 1978
  •  

Предгрозовая духота
Пчела повисшая над чашкой
Печаль без повода, (ее портвейн «Лучистый»
Успешно лечит, и она светла)...[54]

  Виктор Кривулин,«В начале — блики на челе...» (из цикла «Requiem»), 1998
  •  

Хозяин торопит ― гости уже на подходе
Слезятся доски стола смолянистой слезой
А вино затевает речь о своем урожайном годе
оно в кувшинах густеет как воздух перед грозой...[55]

  Виктор Кривулин, «Белый пепел», 2000
  •  

И в свете медленном, дошедшем недосюда,
и петли нам, и полосы чертила мгла̀ - постуда
и поворачивалась посуда.
И воздух поднялся? и щелкнул плетью об стол,
и клёны окружил, и плотно липы о́бстал,
и где был неба тыл ― там лоб стал.[56]

  Олег Юрьев, «Три трёхстишия перед грозой», 2010

Источники[править]

  1. Шевченко Т. Г. Полное собрание сочинений в 12-и томах. – Киев: Наукова думка, 2003 г.
  2. Аксаков С.Т. «Семейная хроника. Детские годы Багрова-внука. Аленький цветочек». Москва, «Художественная литература», 1982 г.
  3. С. И. Гусев-Оренбургский. Страна отцов. — СПб.: Сборник Товарищества «Знание» за 1904 год, 1905 г.
  4. Илья Эренбург. «Оттепель». — М.: Советский писатель, 1956 г.
  5. Борис Шергин. Повести и рассказы. — Л.: Лениздат, 1987 г.
  6. Михаил Тарковский, «Жизнь и книга», — М., журнал «Октябрь», №9 за 2002 г.
  7. В.А.Мезенцев, К. С. Абильханов. «Чудеса: Популярная энциклопедия». Том 2, книга 4. — Алма-Ата: Главная редакция Казахской советской энциклопедии, 1991 г.
  8. Михаил Бару. «Навоз божьих коровок». — Саратов: «Волга», № 9-10 2012 г.
  9. Ю. И. Лунин, Три века русской поэзии. — Нижний Новгород: «Волга», № 7-8, 2016 г.
  10. М. Н. Загоскин. Рославлев, или русские в 1812 году. — М.: «Художественная литература», 1980 г.
  11. Л.Н.Толстой. Собрание сочинений. — М.: «Художественная литература», 1958 г.
  12. Толстой Л.Н., Собрание сочинений в 22 томах. — Москва, «Художественная литература», 1958 г.
  13. Писемский А.Ф. Собрание сочинений в 9 т. Том 2. — М.: «Правда», 1959 г.
  14. Чехов А. П. Сочинения в 18 томах, Полное собрание сочинений и писем в 30 томах. — М.: Наука, 1974 год — том 2. (Рассказы. Юморески), 1883-1884. — стр.167
  15. Мамин-Сибиряк Д.Н. Собрание сочинений в 10 томах. Том 3. Горное гнездо. Уральские рассказы. — М.: Правда, 1958 г.
  16. Чехов А. П. Сочинения в 18 томах, Полное собрание сочинений и писем в 30 томах. — М.: Наука, 1974 год — том 5. (Рассказы. Юморески), 1886. — стр.144
  17. Шеллер-Михайлов А.К. Господа Обносковы. Над обрывом. — М.: «Правда», 1987 г.
  18. Анастасия Вербицкая. Сны жизни. — М.: Товарищество А. А. Левенсон, 1904. — С. 149-190.
  19. Максим Горький. Собрание сочинений в тридцати томах. — М.: Гослитиздат, 1949 г. — Т. 16. Рассказы, повести 1922—1925 гг.
  20. Клычков С. А. Чертухинский балакирь: Романы. — М.: Советский писатель, 1988 г.
  21. Константин Большаков, Бегство пленных, или История страданий и гибели поручика Тенгинского пехотного полка Михаила Лермонтова. Роман. Стихотворения. — М.: Художественная литература, 1991 г.
  22. К.Г. Паустовский. «Золотая роза». — М.: «Детская литература», 1972. г.
  23. Андрей Платонов. Сухой хлеб: Рассказы, сказки. — М.: Время, 2011 г.
  24. Николай Дежнев. В концертном исполнении. — М.: Вагриус, 1997 г.
  25. Нина Садур. «Чудесные знаки». ― М.: Вагриус, 2000 г.
  26. Шишкин М. П. «Всех ожидает одна ночь». Москва, «Вагриус», 2001 г.
  27. Олег Зайончковский, «Счастье возможно: роман нашего времени». — М.: АСТ; Астрель, 2009 г.
  28. Поэзия небес. Выпуск второй. Том I. — СПб.: Библия для всех, 2001 г.
  29. А. И. Пальм в книге: Поэты-петрашевцы. Библиотека поэта. Третье издание. — М.-Л.: Советский писатель, 1966 г.
  30. Вяземский П.А. Стихотворения. Библиотека поэта. Большая серия.Ленинград, Советский писатель, 1986 г.
  31. Пётр Бутурлин. Сонеты и разные стихотворения. — СПб.: Лимбус пресс, 2002 г.
  32. Я. П. Полонский. Полное собрание стихотворений. — СПб.: Издание А. Ф. Маркса, 1896. — Т. 2. — С. 247.
  33. Д. С. Мережковский. Стихотворения и поэмы. Новая библиотека поэта. Большая серия. — СПб.: Академический проект, 2000 г.
  34. О. Чюмина. Осенние вихри. Стихи. — СПб.: электропечатня Я. Левенштейн, Екатерингофский пр. 10—19, 1908. — С. 76
  35. А. Блок. Собрание сочинений в восьми томах. — М.: ГИХЛ, 1960-1963 гг.
  36. Т. Л. Щепкина-Куперник. Избранные стихотворения и поэмы. — М.: ОГИ, 2008 г.
  37. Лохвицкая-Жибер М. А. Собрание сочинений тт. 1-5. — М., 1896-1898, СПб., 1900-1904 гг.
  38. И. Бунин. Стихотворения. Библиотека поэта. — Л.: Советский писатель, 1956 г.
  39. А. Белый. Стихотворения и поэмы в 2-х т. Новая библиотека поэта. — СПб.: Академический проект, 2006 г.
  40. В. Брюсов. Стихотворения и поэмы. (Библиотека поэта). — Л.: Советский писатель, 1961 г.
  41. Г.Н.Петников в книге «Поэзия русского футуризма». Новая библиотека поэта (большая серия). — СПб.: Академический проект, 2001 г.
  42. С. Я. Парнок. Собрание сочинений. — СПб.: Инапресс, 1998 г.
  43. 43,0 43,1 И. Юрков. Полное собрание сохранившихся стихотворений и поэм. — Чернигов: Эсха, 2010 г.
  44. А. А. Прокофьев. Стихотворения и поэмы. Библиотека поэта (большая серия). — Л.: Советский писатель, 1976 г.
  45. К. В. Набоков в книге: Поэты пражского «Скита». — М.: Росток, 2005 г.
  46. Г. В. Голохвастов. Лебединая песня. Несобранное и неизданное. — М.: Водолей, 2007 г.
  47. Поэты пражского «Скита». — М.: Росток, 2005 г.
  48. Г. Семёнов. Стихотворения и поэмы. Новая библиотека поэта (малая серия). — СПб.: Академический проект, 2004 г.
  49. В. Набоков. Стихотворения. Новая библиотека поэта. Большая серия. СПб.: Академический проект, 2002 г.
  50. В.А.Луговской. «Мне кажется, я прожил десять жизней…» — М.: Время, 2001 г.
  51. Ю. Одарченко. Сочинения. — М.: Летний сад, 2001 г.
  52. Александр Миронов. Избранное: Стихотворения и поэмы 1964—2000 / Сост. Е. Шварц. — СПб.: ИНАПРЕСС, 2002 г.
  53. В. В. Казаков. Избранные сочинения в трех томах. — М.: Гилея, 1995 г.
  54. Кривулин Виктор. Купание в иордани. — СПб.: Пушкинский фонд, 1998 г. — 80 с. — (Автограф).
  55. Кривулин Виктор. Стихи юбилейного года. — М.: ОГИ, 2001 г. — 80 с. — (Поэтическая серия клуба «Проект ОГИ»).
  56. О. А. Юрьев. Стихи и другие стихотворения. — М.: Новое издательство, 2011 г.

См. также[править]